— Я бы отказалась от светской жизни, если бы пришлось терпеть рядом не того, кто любим и дорог, а язву, вроде Тильайри, — вздохнула я. — Быть затворницей скучновато, но, зато, нервная система остается здоровой.

— Прорвемся, — улыбнулась Лин, — все же драконий двор не такой двинутый, как человеческий.

— И не так полон условностей, как двор Хозяина Леса, — я вздрогнула, вспомнив, сколько там правил.

В двери церемонно постучали.

— Войдите, — негромко произнесла Лин, а я украдкой вздохнула.

Все же, была надежда, что придворные меня проигнорируют. Это плохо в долгосрочной перспективе, но хорошо вот-прямо-сейчас.

В покои вошли гвардейцы. Серьезные, сосредоточенные, они встали вокруг нас с Лин и вытащили амулеты. Мгновение и они растворяются в воздухе, а мне становится чуть спокойнее.

И, следом, вновь распахиваются двери, и я, не обратив внимания на входящую драконицу, с ужасом отметила количество придворных, ожидающих своей очереди. Спокойствие улетучивается, появляется вопрос — за что?!

— Госпожа Вилиамрон, — это, как ни странно, произнесла моя Лин, — как странно видеть вас здесь."

"Тихий хлопок закрывшихся дверей привлек мое внимание к вошедшей. Вилиамрон…

«Ларовирр будет обязан содержать тебя только в том случае, если ты станешь его официальной любовницей. Но это сытное место занято госпожой Вилиамрон», я вспомнила слова Лин, сказанные так давно, что как будто в прошлой жизни.

— Если вы хотите поделиться опытом, — сухо произнесла я, — то, пожалуйста, не сегодня.

— Я хочу просить выслушать меня, — она присела в глубоком реверансе. — Я могла бы обратиться к вашему супругу, но не хочу ничего испортить.

От такого намека я чуть не зашипела, но… Иверр сказал, что у него никогда ничего не было в пределах дворца. Тогда я забыла о ней, о том, что каждая собака в Берсабе знает — последние двадцать лет Император предпочитает госпожу Вилиамрон.

«Ты — Императрица, она — твоя подданная», строго сказала я сама себе. И растянула губы в вежливой улыбке:

— Слушаю вас, госпожа Вилиамрон.

— Я прошу место среди ваших придворных дам.

Рядом раздался долгий, полный горечи вздох Лин:

— Как же трудно, когда стихийный дар есть, но подруга оглохла. Соглашайся, она не спала с твоим мужем, а охраняла подступы к его спальне.

— Скорее, осаживала особенно рьяных юниц и выгуливала некоторые украшения из сокровищницы Ларовирров, — уточнила госпожа Вилиамрон.

— Думаешь, стоит согласиться? — спросила я Лин, невзирая не присутствие драконицы.

— Она живет при дворе уже двадцать лет, — подруга хмыкнула, — дольше, чем мы живем.

— Вот именно, — я кивнула, — справимся ли мы с такой угрозой?

— Я давала клятвы Императору и я хочу покляться Императрице, — Вилиамрон криво улыбнулась, — мне не нравится мой муж. А вот я ему — очень.