Прекрасный специалист. Завтра Мальцева будет на месте, но у нее полная запись. Только одно окно есть в восемь утра. В тринадцать невозможно. На это время записан другой человек. Не могу же я его вычеркнуть!
Девушка положила трубку на стол и обратилась ко мне:
– Вы кого-то ждете?
– Я вошла к вам с парковки, а теперь не знаю, как на нее попасть, – призналась я.
– Идите по коридору прямо, второй поворот налево, – объяснила дежурная.
– Спасибо, – поблагодарила я, потом вынула из сумки небольшую коробочку конфет, положила на стойку и продолжила: – Попробуйте, очень вкусные конфеты. Их делает моя подруга Маша, она регент храма Святой Татианы при МГУ. После нервной беседы вам надо себя наградить.
– Ой! Спасибо, – пришла в детский восторг дежурная, – вы первая, кто мне конфеты подарил.
– Там всего шесть штучек, – улыбнулась я.
– Количество неважно, главное – вы захотели мне приятное сделать. Давайте провожу вас. Заодно воздухом подышу, – предложила девушка.
– Спасибо, а то я опять запутаюсь, – засмеялась я, – у меня плохо с ориентацией на любой местности. Не способна запомнить дорогу.
Глава четырнадцатая
– Меня Светланой зовут, – представилась спутница, когда мы очутились во дворе.
– Евлампия, – улыбнулась я.
Света ахнула:
– Не может быть!
– Имя старинное, – начала я, – все обращаются ко мне: Лампа.
Светлана засмеялась:
– У меня бабушка и тетя Евлампии, поэтому я так отреагировала. Сейчас в моде старые имена, но люди знают только самые распространенные из них. Про Евлампию и не слышали.
– Да уж, – согласилась я, – родители назвали меня Ефросиньей. Лампой я стала уже в зрелом возрасте. Сама себя так окрестила, не подумала, как окружающие реагировать станут. И теперь объясняю каждому новому знакомому, что Лампа – это сокращение от Евлампии. Не Торшер я по паспорту, не Люстра.
– А я Фотиния, – уточнила девушка, – имя «Светлана» придумал поэт Жуковский. Поэтому всех Светлан крестят Фотинией. Ой, она уехала!
– Кто? – не поняла я.
– Анастасия Петровна, – пояснила дежурная, – надо же! Внезапно сорвалась! У Мальцевой сегодня выходной, велела ей позвонить, когда появится Романова, тогда она из дома в клинику спустится минут на пять! Это ее слова. А потом приказала больше ее не беспокоить, массажиста ждет. И смылась! Что случилось?
– Доктор живет в этом здании? – уточнила я.
– Да, – понизила голос собеседница, – весь дом ее, здание давно купили, не знаю, как оно Мальцевой досталось. Анастасия в нем клинику открыла и сама тут живет.
– Наверное, у нее хороший автомобиль, – предположила я.
Света нахмурилась:
– А то! Дорогущий «Бентли», по спецзаказу, такой в Москве один. Верх у него белый, низ голубой, сиденье того же цвета. Она на себя никогда средств не жалеет.
