В других связях замечена с ним не была, — улыбнулся принц.

Андрей Алексеевич остановился возле неприметной двери и принялся нажимать на камни стены в произвольном порядке, будто выбивая некий шифр.

— Ваше Императорское Высочество, а как же разговор?

— Его я беру на себя, — отмахнулся принц, — вы отправляйтесь пока домой. Всем нам нужно отдохнуть. Тем более княгиня заждалась вас. Мурку поставили на ноги, ей ничего не угрожает. — Мне показалось, что принц хочет как можно скорее от меня отделаться, куда-то торопясь, но я ошибся. — И… Княжич, у меня будет к вам личная просьба, о которой моей матушке знать не стоит.

Я нахмурился:

— Какая?

— Не обрывайте связь с Маурицией. Лучше всегда иметь резервный канал — мало ли что может случиться. Вы с княгиней доказали, что Угаровы всё также верны нашему роду, поэтому хотелось бы, чтобы была возможность в случае чего обратиться к вам.

Я кивнул, приняв к сведению."

"— А как же двухнедельная отставка? — на всякий случай уточнил я. После сегодняшних приключений смысла в карантине не было никакого.

— Не вижу смысла её прерывать. Вам же нужно было заняться делами и принять все активы от Светловых. На это нужно время, поэтому я не возражал против временной отставки. Так что не воспринимайте её столь буквально. Я согласился на ваше отстранение исключительно ради вашей же пользы — вам самому из-за меня не хватало времени.

Однако, проблему нехватки времени решил за меня же мой сюзерен и работодатель. Неплохо иметь товарищеские отношения с принцем.

— Так что жду вас, Юрий Викторович, на службе через две недели, не раньше. В случае, если понадобитесь срочно, обращусь через Мурку.

Я кивнул и попрощался.

* * *Домой мы вернулись, прихватив с собой Ваську. Ту старательно подлечили лекари императорской семьи, но мы всё равно не рискнули использовать химеру по назначению. В так называемых конюшнях, которые у Угаровых назывались химернями нас с бабушкой уже ждал Олег Ольгердович.

— Вернулись, и ладненько. Давайте мне моих крошек, я им особый ужин приготовил. Да и помывочная этих мурзилок уже заждалась. Вон, Васька вся в крови, гари! Кто ж тебя так, наша девочка, разукрасил?

Олега Ольгердовича, казалось, вовсе не смущают новые конечности или отсутствие зрения. Он легко скользил между химерами, снимая сёдла и сбрую. И так это у него ловко получалось, что химеры просто млели от его прикосновений, ластились к нему не хуже домашних котят.

Олег Ольгердович знал, где нужно почесать, как погладить, что шепнуть на ушко. Удивительно взаимопонимание. Заметив, как я впечатлился, княгиня усмехнулась:

— Я у них была строгой мамочкой, а Олег — балущим папашей, всё дозволяющим им. Иногда мне казалось, что любили его они явно больше, чем меня.