Зачем же так рисковать и идти через земли Дрэйхов? Вдруг нас поймают всадники?

— Не должны. Будем идти только ранним утром. И хорониться весь день и часть ночи. А то дитя, оставшееся в особняке, всего лишь даст нам немного дополнительного времени. Думаешь, не найдётся мага, способного понять, где правда, а где ложь?

— Я как-то и не подумала об этом, — расстроенно понурила голову, закутанную в шерстяной платок, экономка.

— Идёмте. Каждая минута на счету.

Алиса, внимательно слушавшая перепалку взрослых, зябко повела плечами: ей было страшно, она не хотела умирать. Вся надежда на этого бородатого воина по имени Хоггейн.

Трое людей тихо растворились среди густо растущих деревьев: их долгое, опасное путешествие началось…

Дверь в комнату Алисы с грохотом распахнулась, да что там! Створка, оглушительно врезавшись в стену, криво повисла на одной петле, печально поскрипывая.

— Не сбежала, значит? — в помещение стремительно шагнул высокий, статный воин. Правая рука нового короля. — Я лично пришёл, чтобы сказать тебе: зря ты не вышла за меня, предпочтя слюнтяя Гройна. Теперь станешь моей рабыней, — красивое лицо обезобразил хищный оскал.

— А потом, когда надоешь, я отдам тебя на потеху своим солдатам.

— Ни в этой жизни, ни в какой другой, не бывать тому, Якоб!

Дэйна вскинула руку, с зажатой в ней иглой и воткнула глубоко в ладонь.

— Нет! — прорычал Якоб, но не успел ничего сделать. Даже его магия воды не помогла: яд оказался хитрым и мгновенным.

Советник Роджера присел на корточки подле бездыханного тела прекрасной леди, в его ониксовых глазах мелькнуло сожаление, но тут же истаяло.

— Мой лорд, девочка мертва.

— Труп забери с собой, покажи разумникам, нужно убедиться, а точно ли это отпрыск Асбйорнов.

— Да, мой лорд! — кивнул воин и взял на руки хрупкое тело «Алисы».

* * *Мир Химинбьёрг

Срединные земли

Столица орков Сульёпган

Далеко внизу бушевало море, оно было иссиня-чёрным, как небо над головой. Звук бьющихся о подножие утёса волн, долетал и до группы орков, замершей на вершине скалы, а кучерявая пена, образованная от столкновения, расходилась далеко в стороны и мгновенно истаивала.

В этот час на удивление было тепло, хоть и ветрено.

— Море Хоп, море Надежды, — заговорил басом самый высокий из мужчин.

— Как много в этом слове, не так ли? — сидевшая в кресле старая орка всей грудью вдыхала сей ни с чем не сравнимый запах свободы с горьким солёным послевкусием на кончике языка. — Люблю это место, оно прекрасно.

— А зачем так рано мы все сюда припёр… э-эм, пришли? — сонно, едва сдержав зевок, подал голос стройный, широкоплечий юноша лет пятнадцати.

— Мне так захотелось, — тихо рассмеялась женщина. — Неужто последнее желание умирающей бабки настолько сложно выполнить?

— Мама, — нахмурился Риг. — Не надо.