Может, поймет все-таки, что я сплю? И наконец уйдет? Оставит меня наедине с мыслями о вчерашнем грехопадении? Ну, чтобы хоть как-нибудь с этим хотя бы примириться…
– Саида.
Но нет. Этого хитрого зверя не проведжешь!
Одеяло буквально слетает с меня. В одну секунду.
– Не надо. Пожалуйста, – шепчу, чувствуя, как меня рывком опрокинули на спину. Мощное тело Давида уже нависло надо мной. Придавливает своей силой. Чувствую каждую его налитую мышцу. А его пальцы… Они скользят по моим ресницам. Как бы заставляя меня раскрыть глаза!
– Давид!
Ну, как он не понимает? Мне до безумия стыдно за вчерашнее! А он…
– Красный тебе к лицу.
Его дыхание уже опаляет мои губы.
И они вздрагивают. Распахиваются. Уже чувствуют того, кто терзал их поцелуями! И… Что… Готовы это продолжить?
– Только в одежде. А на коже… Саида!
Его рука скользит по моей щеке. Ласково. Нежно. Медленно.
Чувствую, как он поправляет сбившиеся на лицо пряди.
– Нам не за что стыдиться. Мы муж и жена. Все , что было вчера… Естественно и прекрасно!
Оххххх….
Я таки раскрываю глаза.
И тут же сталкиваюсь с его горящим взглядом. Только теперь на дне совершенно черных глаз не золотистые всполохи. Там огни. Почти звезды!
И тут же вжимаюсь в подушку.
Хватаю его, которая совсем рядом. Накрываю лицо.
Ужас. Как мне теперь смотреть ему в глаза? Как вообще появиться на людях? После такого?
Наглые руки вытаскивают меня из моего хрупкого убежища.
Мельком проносится мысль о том, что я совсем неприлично выгляжу!
Не причесана. Волосы после вчерашнего совсем сбились и перепутались. Без душа, и…
Ох.
А он так близко! Его лицо совсем рядом!
И… Как и прежде, жадно пожирает меня глазами…
Вот такую… Немытую. Непричесанную! Да вообще непонятно на что похожую!
– Саида.
Голос Давида звучит слишком глухо.
Кадык резко дергается, когда он шумно сглатывает.
По- прежнему пронзает меня взглядом. Теперь уже тяжелым. Напряженным."
"Вижу, как напрягаются стальные мышцы на его груди. Вены вздуваются на шее и руках…
– Ты самая прекрасная женщина на свете. Для меня. И ночью была еще прекраснее!
Ага. С запрокинутой головой. С закатившимися глазами. Разметавшимися волосами и… Изгибающаяся. Бьющаяся в той дикой, безумной агонии! Я же, кажется, что-то и кричала… И…
Ох…
И не только кричала, понимаю, замечая глубокие царапину на его шее. Это ведь отметки моих ногтей!
Нет, ну почему выражение «провалиться сквозь землю» только фигуральное? Я бы с удовольствием сейчас бы провалилась! Навсегда!
– Нет ничего прекраснее того, что происходило ночью между нами.
Давид поправляет упавшую на лицо прядь волос. Снова не дает мне хоть так от него закрыться.
Его лицо становится еще больше напряженным.
Он с силой сжимает челюсти. Так, что я даже слышу хруст его зубов!
Его взгляд жадно скользит вниз.
