Я снова подумала, что, живи они на Земле, назвала бы таких, как эти двое и Мэл, вампирами. И дело не только в цвете радужки и хищном разрезе глаз. Просто они были… не людьми. По моему скромному мнению, естественно. Как мифические эльфы, дриады, русалки – вроде и похожи на нас, а не люди. Хотя его белокурое величество, помнится, со мной не согласился, упорно отстаивая тот факт, что он человек. Был… когда-то.
Арацельс молчал, в упор глядя на своего предшественника, тот тоже изучал его, не спеша продолжать начатый разговор. Остальные даже не пытались нарушить затянувшуюся паузу. Лишь подкатившийся к демонице Боргоф, которого та наконец изволила освободить из ловушки, тихо урчал и терся о ее плечо. Да Ринго таращил с плеча Хранителя огромные оранжевые глазищи и сосредоточенно водил большими ушами. Как Мая примерно. У меня непроизвольно возникло впечатление, что органы слуха у этих двоих – своего рода локаторы, которыми они прощупывают обстановку.
– Знакомьтесь, – нарушила повисшую тишину Лу. Она уже окончательно успокоилась, что безусловно радовало. – Это Райс – мой семнадцатый муж.
О как! А моя «вторая половина», похоже, решила собрать коллекцию из Первых Хранителей. Потом и из Вторых, Третьих… Седьмых. Так и останется Эра на бобах, придется ей новых кандидатов по мирам выискивать.
– Демон, при таком богатом ассортименте зачем тебе мы с Катенком? – не скрывая сарказма, поинтересовался блондин.
– А чтоб было! – в том же тоне ответила красотка и подмигнула, продолжая машинально почесывать Боргофа за ухом.
– Заканчивай дурачиться, Луана, – сказал Райс, взглянув на нее одним глазом, второй был скрыт черной повязкой, которая вызвала у меня ассоциации с пиратами.
Голос мужчины звучал мягко, но настойчиво. И, что любопытно, супермогущественная и самостоятельная дамочка, устало зевнув, согласилась.
– Ага, хватит с них ос-с-стрых ощущений, – лениво изрекла она. – Собирай всю эту ненормальную компанию, особенно ту мелочь хвостатую, от которой меня уже слегка потряхивает, и веди в Карнаэл, как договаривались. А я… отдохну для разнообразия.
– Иди-иди, – улыбнулся собеседник и, подойдя к демонице, потрепал по плечу, за что удостоился ревнивого взгляда трехглазого монстра. Странная у этого мужчины была улыбка: неправильная и вместе с тем… как кусочек солнышка на небосводе, хмуром от серых туч. Яркая, мимолетная и по-осеннему холодная. – У тебя там ситуация четыре-двенадцать.
– Тигирский Ис-с-с-с-с, – зашипела наша «вторая половина», треснув его по руке. – А сам почему не исправил?
– Исправил, – тут же оправдался он. – Но в двенадцатом мире гости.
