Как бы невзначай провожу пальчиком по шее, выше, поправляя выпавшую прядь за ухо, между делом разговариваю с Викой. Его лицо остается непроницаемым, но холодные, серые глаза… Нет, они ни на грамм не теплеют, в них плавится сталь. Мне плевать на рыжую девку, которая сидит рядом с ним, в его глазах я читаю, что она для него ничего не значит, как впрочем, и все женщины в его жизни. А мне нужно, чтобы самой значимой женщиной для него стала я. Стала той, к чьим ногам он бросит все. Тем-более, что этот мужик определенно меня влечет, судя по тому, что только от одного его холодного взгляда меня бросает в жар, словно он уже мысленно меня имеет и транслирует мне эти развратные картинки взглядом. Если бы я только знала в этот момент, что всего через несколько месяцев я горько пожалею, что заглянула в эти глаза, то немедленно бы убежала отсюда, или даже уехала из этого города. Потому что этот мужчина даст мне все, о чем я мечтала, но потребует очень много взамен. Богатырев возвращается за наш стoлик, а я прикусываю губы, чтобы тут же не начать его расспрашивать о мужчине, который будто чувствует, что привлекает меня, постоянно возвращая взгляд в мою сторону. Соберись, Алина! Нельзя так открыто показывать мужчинам свой интерес. Буквально заставляю себя отвернуться и включиться в бурное обсуждение салона красоты.

- И с чего ты хочешь начать? – спрашиваю подругу, как бы невзначай поправляю ворот черной блузки, проводя пальцем вниз, к ложбинке между грудей. Если я не смотрю на мужчину напротив меня, это не значит, что я его отпускаю. И я чувствую, что он смотрит на меня, потому что пo моей коже продолжает прокатываться волна мурашек. Со мной такое впервые, никогда не ощущала мужской взгляд кожей."

"- Завтра… или ты не можешь? У тебя же работа? - спрашивает подруга.

- Могу, - усмехаюсь я. - Плевала я на эту работу, могу уволиться и по телефону.

- Здорово, - довольно улыбается Виктория, отпивая гранатовый сок. - Тогда завтра в полдень я жду тебя в нашем салоне.

- Прекрасно, – поднимаю бокал, салютую подруге, и снова невольно встречаюсь взглядом с невероятно серыми, стальными глазами. Они словно замораживают меня так, что мурашки на теле превращаются в острые иглы, которые впиваются мне под кожу.

- Богaтырев, можно нескромный вопрос? - выдаю Андрею самую милую улыбку.

- Смотря насколько он нескромен, - ухмыляется мужчина, закидывая руку на спинку стула Виктории.

- Как зовут того мужчину, с кoторым ты общался? - Богатырев слегка приподнимает брови.

- Олег Давыдов, – с обидной издевательской усмешкой отвечает он. - Но, я бы тебе не рекомендовал связываться с ним, - хочется спросить, почему, но я не могу так явно проявлять интерес. Кто его знает, насколько близко они знакомы с Давыдовым.