Пристрой их и поговори с Древином — конюшню строить придется. В пещеру загонять даже и не думай! А то я тебя знаю. Самим места не хватает.
— Понял, господин! — заулыбался тот.
— Ну и хорошо. Да! Снимите седельные сумки и не копайтесь в них, пока я сам не взгляну.
— Да, господин.
— Что с лошадью старика?
— Пришлось добить, господин, — сокрушенно вздохнул тезка. — Стрела хребет повредила. Сумки и седло мы сняли.
— Хорошо. Пешком он далеко не уйдет. Отнесите вещи старика в мой угол. Не думаю, что там есть что-то интересное, но взглянуть не помешает.
— Слушаюсь, господин. Да и железо знатное — пригодится.
Я еще раз взглянул на мертвое тело ниргала и пошел к подъемнику, куда Корис пытался загнать первую лошадь. Рикар собрал в охапку оружие ниргала и поспешил следом.
Вот и появились у нас первые животные. Плата за десять лошадей составила две человеческие жизни. Неравноценный обмен, с какой стороны ни смотри.
* * *Возвратившись в пещеру, первым делом я направился к раненым, для которых отец Флатис шкурами отгородил целый угол, бесцеремонно потеснив остальных жителей. Священник заверил, что воины вскоре поправятся, и выпроводил меня наружу, чтобы не мешался под ногами.
Снимая надоевшие доспехи, я зашагал к своему закутку в дальнем углу пещеры, обдумывая на ходу сложившуюся ситуацию. У нас назревали серьезные проблемы.
Треть мужчин оказалась прикована к постели, и встанут они в лучшем случае через неделю.
Потеря людей начала меня не на шутку беспокоить — это была невосполнимая утрата. Словно Дикие Земли решили уничтожить нас не одним быстрым ударом, а растягивали удовольствие, отщипывая по кусочку, нанося мелкие уколы, из которых по каплям сочилась кровь. Уколы сами по себе крошечные, но и они могут обескровить весь организм.
Пять человек погибло по дороге к Подкове, двое — на пути к поселению Ван Ферсис, еще двое — от стрел ниргалов. Нас и так слишком мало, чтобы позволить себе человеческие потери.
Сегодняшний бой показал, что серьезную атаку против хорошо обученного противника нам не выдержать. Нас просто сомнут. На этот раз спасло то, что ниргалы, подчинившись воле старика, напали в открытую, при свете дня.





