Мраморные ступени, керамический плиточный пол теплого бежевого оттенка из травертина – мелкозернистого известняка, камин, круглый стеклянный столик с висящими низко длинными светильниками в форме ракет с рядами иллюминаторов. Еще один стол, тоже стеклянный, но побольше и повыше, прямоугольной формы, с хитрой подсветкой снизу, отчего казалось, что светится сама толстая – в два с половиной сантиметра – стеклянная столешница. Красивые колонны из ракушечника, стены со множеством ниш тоже декорированы каменными плитами, в нишах – фигурки странных зверей и птиц, коллекция хрустальной посуды, миниатюрные книги.

Сняли обувь, надели предложенные хозяйкой тапочки, хотя пол в прихожей подогревался и по нему можно было ходить даже босиком. Прошлись по комнате и за стеклянной стеной обнаружили бассейн с подсвеченной снизу голубой водой.

Никого в доме не оказалось, не считая хозяйки, и Кирилл вполголоса спросил:

– Охрана внизу?

– Ты догадлив, – усмехнулась женщина, наблюдая за ним. – В подвале комната с мониторами, во дворе две собаки. Ну, как вам этот приют?

– Классно! – отозвался Лаврентий за двоих, прищелкнув языком. – Хотел бы я пожить в таком коттеджике. А где машина?

Лилия поняла.

– На втором этаже. У Георгия там кабинет. Пойдемте, покажу.

По винтовой лестнице они поднялись на второй этаж «собора», где располагались две спальни и рабочий кабинет хозяина. Лаврентий сразу подошел к столу и стал осматривать компьютер с плоским плазменным дисплеем и клавиатурой в форме гигантской бабочки. Потрогал мышь, пробормотал:

– Ничего себе, клава… как в ЦУПе… Где вы достали такую машину?

– Не удивляйся, – похлопал его по плечу Кирилл. – У хозяина были связи.

– Это же суперпрофессиональная аппаратура! Я нечто подобное видел только в Госбанке, где работал до нашей конторы. Даже у нас такой нет!

– Ну и прекрасно. Садись и работай.

Лаврентий как завороженный присел на корточки перед панелью процессора, стоящего на полке специального компьютерного стола, поднял голову на Лилию.

– Можно?

– Конечно, – сказала она. – Включайте. Муж говорил, что его трафик не прослушивается. А я пока приготовлю ужин. Кофе принести?

Лаврик не ответил. Он был уже вне сферы досягаемости звуковых раздражителей, общаясь с компьютером на уровне подсознания как с живым существом.

Кирилл и Лилия переглянулись.

– Пойдем пить кофе, – сказал Тихомиров с усмешкой. – Он фанат, компьютер для него нечто вроде дополнительного органа к телу, без которого он не может существовать. Пусть поразвлекается, через час мы его оторвем от машины и покормим.

– Да, фанатизм – страшная вещь, – задумчиво проговорила Лилия. – Если бы фанатики еще думали о последствиях своих увлечений…

– Ты хочешь невозможного.