Придешь и пялишься на теток, которые поснимали лифчики и не комплексуют по поводу своих обвисших лепешек. А у меня грудь, сам знаешь какая, как на картинке, видел и не раз.
– Так это когда еще было!
– Будешь себя хорошо вести, еще как-нибудь покажу. Так вот, слушай дальше. Этот Ален Делон выключает свой мобильник и смотрит на меня с неподдельным интересом, а я не теряюсь и начинаю брать быка за рога и прошу его починить детскую поломанную игрушку. Мой новый знакомый кидается по первому зову, и вскоре игрушка принимает первоначальный вид. А затем он улыбается своей голливудской улыбкой, и я вижу в его зубах мелкие кусочки от копченой осетрины.
– А это еще зачем? – Димка громко засмеялся.
– Не вижу ничего смешного. Что может быть смешного в том, что человек каждый день ест копченую осетрину?! Просто он еще не успел купить зубочистки и ее оттуда вытащить. Так даже эффектнее. Человек открыл рот, и сразу видно, чем он питался. Я бы перевела взгляд на банку черной икры, а он бы достал вторую столовую ложку и протянул бы ее мне. Мол, ешь. У меня уже от нее изжога.
– А ты?
– Ну, я бы пригубила.
– К какому еще лицу?
– К самому обыкновенному. Сам знаешь, что у мужика две головы, а ежели у него две головы, то это значит, что у него должно быть два лица. Новые русские вообще любят, когда их хвалят. У них у всех мания величия. Они думают, что они самые неотразимые, самые лучшие и самые неповторимые.
Димка достал платок, вытер пот со лба и перевел дыхание.
– Ну ты и фантазерка. Напридумывала себе черт знает что. Ты хоть понимаешь, куда едешь?
– Конечно. В Ялту.
– Так вот, будет тебе известно, что в Ялте одни хохлы. Там нищета жуткая. Кого ты себе найдешь?! С твоими запросами нужно ехать на Канары. Там таких курортников – пруд пруди!
– Я не хочу на Канары. Я тысячу лет не видела свою подругу. Я хочу услышать, как она поет.





