— Наташа! Что значит — Антон! Кто дал вам право коверкать мое имя? Подобное дозволительно только супруге, а вы ею, к вашему сожалению, уже не станете. И не возражайте, я все решил.

Не возражайте? Вот это наглость. Я даже и не пыталась. Пока.

— Послушайте… — начала я.

Голова отказывалась соображать, шишка адски болела, в глазах всё плыло. Тип вызывал лишь раздражение и желание выставить за дверь.

Товарищ явно не по адресу. Я мероприятиями не занимаюсь, мое дело — хранить экспонаты.

Но договорить мне не дали.

— Нет, это вы послушайте, Наташа. Вам была оказана величайшая честь стать моей женой.

А вы необдуманным побегом сами все разрушили. Опорочили себя, и что хуже — меня выставили посмешищем! — Антон театрально замолк. Поднял вверх указующий перст и с надрывом повторил: — Меня! Простить такого я не смогу, да и не пожелаю. Так что прощайте, прошу вернуть мое кольцо и подарок, сделанный на помолвку.

Тип требовательно выставил руку. Ладонь у него была круглой, пухлой. Пальцы толстыми и короткими. Губы на холеном лице капризно надулись.

Глава 1.2

Я даже восхитилась его игрой. Вот артист!

— Браво.

Если вы ожидаете восхваления своему таланту, то вот вам похвала. — Я демонстративно похлопала. — Номер преотличный, по вам плачут сцены больших и малых театров.

Я уловила в глазах посетителя непонимание, выдержала паузу и гаркнула:

— А здесь — музей! Спектакль окончен. Выход там.

Мой палец указал на дверь, глаза посмотрели туда же. И тут до меня дошло — вокруг никакой не музей, а совершенно незнакомое место. И как меня сюда занесло, черт его знает.

И кто такой этот странный господин — тоже черт знает.

Энтони-Антон разъяренно двинулся в мою сторону:

— Вы решили, что можете надо мной безнаказанно издеваться, Наташа? Думаете, я буду терпеть ваши выходки? Так вот, дорогая моя — не выйдет! Придется всем рассказать, что вы совершенно испорченная, лживая и порочная особа.

И тут я натурально испугалась. Может, это маньяк? Как тот реконструктор, который в Наполеона рядился, а потом оказался… Может он меня усыпил, а потом перетащил сюда? А теперь играет свой спектакль, где назначил мне роль неблагодарной невесты?"

"Выставив сковородку как щит, я медленно отступила под напором “женишка” и лихорадочно попыталась сообразить, что делать в таких случаях.

А главное, вокруг, как назло, никого, мы с ним тут одни. Захочет убить — никто и не услышит моих криков. Ну, Наташа, ты попала!

Спина моя уперлась в стену. До психа-жениха осталось два шага. Мама! Нет уж, свою жизнь я дешево не отдам.

— Предупреждаю, тронешь пальцем, буду бить со всей дури. И вообще, я психованная! У меня черный пояс по карате!

— П-по какому корыту?

Женишок аж споткнулся. А после разозлился еще сильнее.