— Однако даю вам слово Дреклейда, в этой истории нет ни капли правды. Ни грамма. Мы действительно забираем детей из Холбарда во время равноденствия, но не для того, чтобы приносить их в жертву. Это потому, что в них течет драконья кровь, и разведчики, которых мы послали в город, говорят нам, что они готовы к трансформации. Мы должны привести их сюда и помочь им, иначе они умрут.

Андерс уставился на него, ища в его лице малейшие признаки того, что он лжет. И пока он отчаянно пытался угадать правду, история его друга Дета вернулась к нему.

Дету становилось все хуже и хуже в Моситале, пока он не приехал в Валлен на испытание Посохом.

А на улицах рассказывали, что драконы всегда похищают самых больных детей.

Взгляд Лейфа был тверд, и хотя возмущенные крики вокруг стола еще не утихли, когда он пробежал глазами по Дракон-сходу, он становился все увереннее и увереннее. Его волчья чувствительность к языку тела передавала ему тысячи различных сообщений, и все они говорили одно и то же.

Лейф говорил правду."

"Облегчение нахлынуло на него, как дождь, омывающий улицы Холбарда, унося с собой весь беспорядок и неразбериху, оставляя его чище и яснее.

Конечно, он все еще был заперт в отдаленной горе с двадцатью пятью самыми важными драконами в Валлене, но, по крайней мере, никто не собирался жертвовать его сестрой завтра. Он решил считать это улучшением.

Самая молодая женщина снова заговорила:

— Что говорят в Холбарде, волк? Что они говорят о драконах?

Андерс подумал, как лучше ответить… он не хотел провоцировать их отказом, но и не хотел выдавать информацию об Ульфаре.

— Что в городе есть шпионы драконов, — сказал он, наконец. В конце концов, драконы уже знали об этом.

Дракон-сход снова зашептались между собой, а Андерс стоял и ждал, не зная, что сказать дальше.

Лейф решил его проблему, кивнув на дверь, в которую вошли Рейна и Лисабет.

— Спасибо, Андерс, — серьезно сказал он. — Пожалуйста, иди и жди вместе с Рейной, а второго волка пришли к нам. Думаю, нам лучше поговорить с ней.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Андерс прошел через выкрашенную в зеленый цвет дверь, через которую вышли Рейна и Лисабет, случайно ударившись головой о голову Рейны, когда он толкнул ее. Она пискнула, отшатнувшись назад, потирая рукой висок и глядя на Андерса так, словно он должен был знать лучше.

— Она подслушивала, — сказала Лисабет из дальнего конца короткого коридора, где она держала в руках дымящуюся кружку и накинула на плечи одеяло.

— Конечно, — ответила Рейна, ведя его по коридору в маленькую комнату, уставленную книжными полками и диванами, вероятно, предназначенную для ожидания людей. Она потянула за рычаг сразу за дверью, и люк в потолке открылся, опустив вниз поднос, подвешенный на четырех металлических шнурах, по одному в каждом углу.