В какой-то момент я почувствовала, что меня одолевает дремота: голова отяжелела, строчки с причудливыми письменами танцевали перед глазами, а к привычному лязгу метро примешивалась песнь ветра в кронах деревьев. Я пообещала себе, что лишь на минутку прикрою глаза и сразу провалилась в прекрасный сон: вокруг был лес, могучие высокие девья о чём-то шептались друг с другом, солнечные зайчики скользили по зелёным полянкам, ковру цветов и прозрачным ручьям. Моё тело обдувал тëплый игривый ветер, лишённый липкости и пыли города. Моя кожа радовалась каждому лучу, каждому дуновению, покрываясь мурашками от удовольствия.
Глава 1. Саша
— Ты наяда? — сквозь мягкую и уютную пелену сна в мой мозг проник мужской голос, стоит отметить крайне мелодичный и сексуальный
— Мнмм…Я — Саша… — пробурчала в ответ.
""Оставьте меня в покое, я сплю!!!""
— Надо же, впервые вижу наяду, думал, вы давно ушли в Священную рощу, запечатав её руной отрицания.
— Отвалите, пожалуйста! — мама учила меня быть вежливой. Даже с психами.
— А-а-а, всё понятно: бухая охотница! Тогда должна знать, что вам не рады в Глубинном лесу. Просыпайся, одевайся и вали отсюда! — теперь в голосе послышалось негодование. — Я с тобой разговариваю!
Кто-то довольно грубо встряхнул меня за плечо, заставляя открыть глаза. Надо же, какой реалистичный сон: не только яркие образы, но и физические ощущения включены — не проспать бы так нужную станцию метро. Надо мной нависал мужчина, которому следовало сниматься в рекламе джинсов, а лучше — нижнего белья.
— А ты красивый! — выдохнула восхищённо.
Надо же, не знала, что герои сна краснеют до уровня ""мамин борщ"". Какое интересное цветовое сочетание: раскрасневшееся лицо, изумрудные глаза и светлые пряди— действительно, тарелка наваристого борща с зеленью и сметаной.
— Не только красивый, но и, наверное, вкусный! — решила я, облизнувшись.
Прекрасное наваждение отшатнулось, словно я уже попробовала сделать ему ""кусь"".
— Я буду защищаться!
Нигде мне нет покоя, даже красавчик из сна оказался истеричкой. Ещё и ножичком размахивает угрожающе. Сладко потянулась на травке и решила наконец-то встать, ощущая непривычную бодрость.
Если до этого мне казалось, что нет ничего более красного, чем революционное знамя, то я ошибалась. Симпатичная физиономия сновиденного принца переливалась такими оттенками, что стало за него страшно.
— Оденься… — прохрипел он.
