Они дремали глубоко в груди и всколыхнулись при первом же его прикосновении, ещё тогда, на подписании договора. А потом… Алиса повернулась на живот, обнимая подушку — внутренности вновь сделали кульбит, разливаясь теплом между ног. Его поцелуи, касания, шепот — всё вместе затягивало в головокружительный водоворот желания. И Алиса не собиралась врать сама себе — она его хотела.
Но о том, что ушла, не жалела ни минуты. Ну, может, совсем недолго. Потому что Костя стал чужим. Она не знала его, не знала, чего от него ждать. И стоит ли вообще ожидать хоть чего-то. Тяжело вздохнув, Алиса легла на спину и уставилась в потолок. Серело, и комната выплывала из темноты, окрашиваясь в светлые тона. Завтра придётся ехать в офис, — до возвращения Дегтярёва ещё неделя, как минимум. А до этого надо утрясти все формальности, проверить все договора, проследить, чтобы были соблюдены все договорённости. И волей-неволей встречаться с Костей. С Константином Андреевичем. И никак иначе. А потом она больше его не увидит, ведь необходимость пересекаться по работе отпадёт, а искать встречи Алиса точно не станет, потому что ему нельзя вторгаться в её жизнь. Нельзя, потому что всего одно неосторожное слово может разрушить с таким трудом построенный закрытый мирок…
— Ма-ам! — дочкин голос из-за двери с трудом выдернул из сна. — Ты спишь?
— Уже нет. — Алиса вздохнула и села, устраивая подушку удобнее. Дочь редко забредала в её спальню — обычно предпочитала проводить время у себя: в телефоне или ноутбуке. Отношения с ней были хорошими, но сфера интересов в последнее время слишком разошлась, чтобы находились темы для душевных разговоров.
— Кто это у тебя появился? — Наташа возникла на пороге с огромной охапкой крупных, наполовину распустившихся роз удивительного цвета. Словно их только что окрасило рассветное солнце, рассыпав жёлтые блики на самых кончиках лепестков.
— Откуда это? — нахмурилась Алиса, стараясь не обращать внимания на вновь распустивших крылышки бабочек.
— Курьер принёс. — Дочка положила розы ей на колени и села рядом, с интересом разглядывая цветы и выискивая карточку. Алиса заметила первой и быстро потянула, не представляя, что найдёт в записке. Нет, почерк был не его, и уже одна эта мелочь отчего-то расстроила.
Прости. Я виноват. С нетерпением жду завтрашней встречи.
— И всё? — разочарованно протянула Наташа, заглянув через букет в записку. — Так кто это, мам?
— Жаров, — вздохнула Алиса. Скрывать от дочери было нечего — ничего ведь не было. Или было? Или будет? Осторожно погладив лепестки, Алиса задумчиво улыбнулась.
4.
