— Живот! Болит живот! — закричала Алиса.

Андреев и Бердышев стояли, как истуканы и не понимали, что происходит.

— Зараза, — выругался Сергей и крикнул: — Чего встали?! Помогите положить ее на стол!

После того, как Алиса оказалась на столе, все увидели, что с ней случилось.

— Черт, я не думал, что это даст побочку! В записях отца говорилось, что такое возможно только при условии, что изменения проникли в саму структуру астрального тела! Это передается по наследству! Такое, блин, вообще невозможно! — кричал он, водя по телу Алисы руками, а она продолжала кричать и вырываться.

— Держите ее ноги и руки!

Граф с помощником подскочили и схватили девушку.

— Сейчас, милая, станет лучше, — обливаясь потом, Сергей попытался пошутить, но вышло по-дурацки: — Это у тебя зубки режутся.

Он схватил со стола уже использованную хирургическую пилу. Теперь Сергей больше напоминал сумасшедшего маньяка, чем квалифицированного врача.

Бердышев и Андреев с ужасом выпучили глаза, когда врач со всей силы рубанул по животу.

— Ты что творишь?! — заорал граф, поддавшись эмоциям.

— Спокойно! Так надо! — он отошел в сторону и обратился к Алисе.

— Ну что, дочка, лучше?

Граф с Андреевым поняли, что девушка не вырывается и не кричит.

А еще поперек живота у Алисы появилась пасть, напоминающая ту, которую они устранили полчаса назад.

— Нихрена же себе… — выдохнул Андреев.

— Это что? Это что, рот?! — закричала Алиса. — Это как так-то?

Сергей положил ей руку на голову, и девушка отрубилась.

— Так, господа, — хлопнул врач в ладоши. — Теперь я хочу посмотреть родословную этой девушки.

— Сережа, ты чего наделал? — выдохнул граф, аккуратно трогая зубы в животе Алисы.

— Как же она будет теперь жить?

— Знаете, граф, это очень хороший вопрос! Но пока, я не могу на него ответить, — развел руками Сергей Пирогов.

* * *

Кабинет Следователя Имперской канцелярии по делам аристократов Ф. Э. Дзержинского.

— Феликс, объясни подробнее, какого черта происходит? Почему это существо опасно для человечества? — Островский даже вскочил со стула.

— Спокойно, Коля, сядь, заткнись и послушай!

Дзержинский достал черную папку с надписью «Кузнецов. Секретно».

Лоре даже говорить не надо — она уже в нее влезла с помощью Болванчика.

Все же в этой папке инфа обо мне, и не только.

— Как нам известно из архивных записей, — начал зачитывать документ следователь. — У Владимира Кузнецова, то бишь основателя рода Кузнецовых, был питомец под кодовым именем «Любавка». Откуда она появилась, у нас нет никаких данных. По крайней мере, в архивах. Петр Петрович ни разу не упоминал о ней, как и другие члены отряда Кузнецова.

— Тогда откуда у вас такие сведения? — подметил Островский.