Братья Сельвертини и Куппер просили его финансовой и организационной поддержки в сооружении взлетной полосы и аэродрома для обслуживания частных самолетов и вертолетов. Талберт обещал подумать. Когда они ушли, он позвонил и дал задание аналитическому центру компании «Удача» изучить коммерческую рентабельность и всю ситуацию, связанную с проектом, а Дину Отри, своему заместителю, проследить за этим и доложить лично через неделю.
Выйдя с корта, он в задумчивости направился к одной из беседок, увитых небольшими душистыми розами. Присев, Оксли видел отсюда большую часть сооружений, воздвигнутых на террасах, которые каскадами по склонам сопок спускались к берегу. Среди построек, видневшихся в зелени бульвара, своей необычной, модерновой архитектурой выделялись эллинги. У их пирсов покачивались на воде белые яхты. Белое на темно-синем под голубым, в окружении зеленого — сочетание было необычайно красивым. Оглядывая с высоты сотни построек, Талберт, вспомнив недавний разговор с Куппером и Сельвертини, утвердился во мнении, что до завершения строительства зоны отдыха время еще не настало. А еще он подумал, что предусмотрительно поступил, скупив землю вокруг озера на расстоянии двенадцати миль от уреза воды. В такой ситуации любой проект можно осуществить. Была бы польза.
Прихотлив и непредсказуем бывает порой путь мысли. Кто знает, что служит мостиком, переходом от одной к другой?"
"На Талберта вдруг обрушились незваные, раздражающие воспоминания о Шарон. О первой встрече с ней. Да, это было, он посчитал в уме, почти десять лет назад. Оставался год до окончания Оксли Калифорнийского университета, когда его сокурсник и друг Саймон Хэммил, устраивая вечеринку, пригласил на нее нескольких девушек со второго курса. Среди них была и Шарон Патрик. Она сразу понравилась ему. Высокая, длинноногая, с хорошо развитыми формами кареокая блондинка отличалась от остальных девушек пластикой движений. Золотистую, загорелую кожу оттеняли легкая, цвета кофе, шифоновая облегающая блузка и в тон ей короткая юбка с глубокими разрезами спереди и сзади, которая при движении заставляла обращать внимание на идеальную форму ног. Легкий, горьковатый аромат духов почему-то заставлял думать о ней как о неприступной и даже холодной женщине. Ее манера говорить, слегка растягивая звуки к концу фразы, и смотреть, почти не мигая, в глаза собеседника тревожили и почему-то возбуждали его.
Участвуя в общем веселье, к середине вечеринки он с удовольствием отметил, что Шарон рядом и общается в основном с ним. Потанцевав, поболтав о том, о сем, посмеявшись его остротам, девушка попросила Талберта наполнить бокалы чем-нибудь покрепче и принести на веранду, куда, не спеша, направилась.
