В середине вечера меня настиг знакомый голос, от которого я уже скоро в землю зарываться начну.
– Алиса, Алиса! Подождите!
Меня перехвалила возле бара мечта поэта, собственно, с самим поэтом. Уж не знаю, как Наташенька и Спиридонов до сих пор вместе… А ещё не знаю, что они делают на свадьбе моей подруги.
– Вот неожиданность, – скупо выдавила я.
– Действительно! – Наталья всплеснула руками, а Вася ещё больше насупился. Ему не шло. А вот костюм в мелкую клетку графитового цвета с жилеткой и белой рубашкой – очень даже. В нём Василий выглядел, как ни странно, старше и мужественней.
– Но мы с Олесей так подружились, что она не смогла не разделить такой праздник с нами…
О как! Пока я таскаюсь, как куртизанка, по клиентам между голландскими цветоводами, Олеся дружить удумала.
– Как вы? – Наташа зачем-то взяла меня за руку и доверительно заглянула в глаза. Мне захотелось эти самые глаза собрать у носа и сделать вид лихой и придурковатый, чтобы от меня отстали.
От кого это она интересно слышала? Уж не наш ли поэтичный самородок пошёл языком трясти?
– Ну что ты, милая, – я оскалилась в самой противной из своих улыбок, – развод – это такие мелочи по сравнению со свадьбой.
Помнится, на дне рождения Спиридонова как раз разговор подобный затевался.
– Нам ещё рано, – сделав мину глубокого сожаления, призналась Натали. – К тому же Вася сейчас находится в состоянии когнитивно-импульсивного расстройства…"
