Просто предпочитал не сходиться близко с людьми. Про таких говорят: вроде бы и со всеми, а вроде бы и сам по себе.

— Товарищ капитан? — обратился к нему Митьков.

— Что? — повернулся Дмитрий.

— А вы давно в СМЕРШе?

— Не очень, — коротко ответил он.

Похоже, сейчас паренек будет допытываться до его послужного списка: где, чего, как? К слову, сам старший лейтенант не особо интересовал капитана. Хотя ради приличия, да и просто по чисто профессиональной привычке надо поинтересоваться, где тот был до госпиталя.

— А до этого где были?

— Много где.

— А я был под Ленинградом, — доверительно сообщил Митьков, опередив намерение собеседника поинтересоваться его службой.

 — Там меня и ранили.

— Из-за этого такой колченогий? — не удержался от насмешки Юркин.

— Да. — Старший лейтенант и не подумал обижаться. — Но это не страшно. Со временем восстановлюсь.

«Как же, держи карман шире, — снова ухмыльнулся про себя Дмитрий. — Даже если и хромать перестанешь, при малейшем дождике или ветерке будешь на одной ножке прыгать».

— Мы сейчас поедем в Поляны? — продолжал любопытствовать парень.

— Да, — кивнул капитан.

Они уже вышли во двор здания, где и обитали сотрудники второго отдела. Несмотря на то что бои здесь шли не один день, бывшая школа более-менее уцелела. Во время оккупации немцы устроили здесь что-то вроде клуба. Сначала собирались в местном Доме культуры, но, после того как последний подорвали партизаны, перебрались сюда. А потом сюда пришли и контрразведчики.

Во дворе уже стояла готовая к отправке машина. Сослуживцы Дмитрия потихоньку стекались к ней. Кто-то уже сидел в кузове, кто-то торопливо курил рядом.

Видимо, не так уж там много пленных, раз одну машину посылают, решил Юркин. Он тоже хотел было закурить, но потом передумал и кивнул в сторону авто.

— Залезай, — скомандовал он."

"Митьков, несмотря на покалеченную ногу, довольно ловко запрыгнул в кузов. Вслед за ним вскарабкался и капитан.

Ехать пришлось недолго. Село Поляны, где и находился теперь уже бывший концлагерь советских военнопленных, располагался минутах в пятнадцати-двадцати езды от города. «Хорошо, пешком не погнали», — подумал Дмитрий. В пути он краем глаза поглядывал на новобранца, как он окрестил про себя старшего лейтенанта.

Тот оказался человеком общительным — почти сразу у него завязался разговор с другими офицерами СМЕРШа. Парень им представился сначала по всей форме, потом по имени — Михаил. «Эх, Мишка, Мишка, — вздохнул про себя Дмитрий. — Больно ты добренький и мягкий для нашей работы. Не стоило тебе вообще к нам во второй отдел лезть. Ты еще не знаешь, что у нас за работа и с кем приходится иметь дело. Не лучше, чем в милиции». Так Юркин думал не зря.