Пара атакующих игроков Торпедо очень и очень редко получала передачи, и для того, чтобы получить мяч, мужикам приходилось постоянно вступать в борьбу с футболистами Урожая.

Игроки же гостей, в составе которых выделялся очень высокий центрфорвард под 11 номером, раз за разом проходили по флангам и навешивали в нашу штрафную.

Само собой, адресатом для их верховых передач и была эта чуть ли не двухметровая каланча.

За первые пятнадцать минут одиннадцатый номер гостей четыре раза становился адресатом передач, и три попытки он довел до удара. Один раз наш вратарь Миша Жабский, в миру водитель на местном спиртзаводе, в прыжке перевёл мяч на угловой, а еще раз одиннадцатый номер попал в штангу.

Ну а третий удар стал для футболиста Урожая результативным. С точки зрения техники, ударил он не очень качественно, да в прыжке, но мяч после удара полетел не в створ ворот, а вперед и вниз. Он ударился об утоптанную землю во вратарской и только потом залетел под перекладину. Жабский, как мне показалось, никак не ожидал такого корявого удара и был дезориентирован попаданием мяча в землю.

В итоге под недовольный гул зрителей Колька сменил нолик под названием гостевой команды на единичку.

Через десять минут наше отставание в счете увеличилось. Потерю в центре поля в исполнении нашего капитана Юры Колесова, игравшего на позиции инсайда, Урожай буквально в два паса преобразовал в удар из-за пределов штрафной.

Жабский в красивом прыжке достал мяч, летевший в левую шестерку, и перевёл его на угловой, с которого гости нам и забили: всё тот же одиннадцатый номер гостей замкнул навес на дальней штанге. 0:2 к середине первого тайма.

— Кто-нибудь знает, откуда эта каланча у Болхова взялась? В прошлом году его с ними не было, — спросил Прокопенко, обращаясь сразу ко всем, кто был рядом, а потом принялся изучать список игроков, который подали наши гости. — В заявке он значится, как Савин Александр, надо же, какое совпадение. (Александр Савин, советский волейболист, чемпион олимпийских игр 80-го года в Москве, прим. автора). Чего он в Урожай попёрся? Играл бы в волейбол.

— У Болхова волейбольная команда тоже Урожаем называется, — ответил один из запасных Торпедо. — И Савин и в ней тоже играет. Они в апреле к нам приезжали. Он был в составе.

— Понятно, многостаночник, значит, — сказал Прокопенко и тут же выскочил к кромке поля и закричал, обращаясь к Олегу Матвееву, нашему последнему защитнику, который был самым высоким игроком в Торпедо: — Матвей, Матвей, играй с одиннадцатым, с одиннадцатым! Всё время будь с ним.

Матвеев явно услышал тренера и, бросив свою изначальную позицию, стал играть персонально против Савина.

Это частично помогло нам — высокому нападающему Урожая стало играть сложнее.