С Владиком, по всей видимости, не получилось. Где-то что-то оборвалось, и связь прекратилась. А ей, Насте, стоит ли с ним связываться? Она с тревогой поглядела в окно, на заднем крыльце никто не топтался. Впрочем, было еще рано. Но рано или поздно, наступит конец рабочего дня, и он придет. Римма сойдет с ума, увидев его с Настей. Нужно будет что-то придумать и уйти с работы пораньше. Или остаться и уйти с работы нагло, под руку с Владиком? Сколько можно чувствовать себя ущербной!

Пора бросать самопорицание, которое заранее программирует на неудачу. Маринка, а вместе с ней профессор (пусть он будет профессором, хоть Настя в наличии у него этого звания глубоко сомневается) правы.

Пора улыбнуться судьбе для того, чтобы она раскрыла для Насти свои объятия и показала лучшую сторону жизни. До этого Настя наблюдала за ее тылами, привыкая постоянно себя недооценивать и уничижать. Ну, не совсем чтобы напрочь, а так, немного. Но если это немного продолжается по несколько раз на дню, а дни складываются в месяцы, месяцы в года…

Вишневская не такая, она полная Настина противоположность. Но Настя не станет молчать. Она скажет Римме, что та не права, если всегда хочет, чтобы ее считали правой.

Минер ошибается один раз, но ошибается же. Вот и Римма в случае с Владиком ошиблась. Настя вздохнула и полезла в пыльные папки. И чего она так принялась сражаться за голубоглазого блондина? Как-то резко он стал ей дорог.

Это больше всего напоминает сражение не за блондина, а за себя саму. Что ж, и в этой борьбе тоже все средства хороши. Но от свежей ливерной колбасы она ни за что не откажется!

– Раз не откажешься от ливерки, – говорила ей Маринка по телефону, – то не все так плохо.

Представь чашу весов, на одной находится колбаса, на другой голубоглазый блондин. Что ты выберешь?

– Провокационно задавать такие вопросы перед обедом, – обиделась Настя. – Они нравятся мне оба. Обе. Обои. Вот видишь, ты меня совсем запутала.

– Да, – протянула подруга, – любить на голодный желудок нелегко. Встретимся в кафе минут через двадцать, Селезнев как раз уедет на очередную конференцию. Представляешь, сегодня он делает доклад на тему «Легко ли быть женщиной». Можешь не дерзить, был ли он когда-то женщиной или нечто в этом роде.

Он не был. Зато я была. Его консультантом по самым щепетильным вопросам. Так что моя доля в его докладе очень даже ощутимая, жаль, что не услышу оваций в свою честь."

"Полдня Настя, находясь в здравом уме и твердой памяти, перелопачивала пыльные архивы. И все потому, что чувствовала себя виноватой перед Вишневской. Тяжелый физический труд пробудил аппетит, и она решила ускользнуть на обед раньше. Осторожно проходя мимо кабинета начальницы, она услышала приторный голос Риммы и слабое лепетание Голубцова.