— Вот увидишь, непременно найдется человек, который заберет все: люстры, занавески, позолоченные дрова, потолок…
Мне стало смешно.
— Роспись не отковыряешь, ее придется просто замазать.
— Только в спальне, — уточнил муж. — В остальных помещениях потолок натяжной, его можно срезать.
— Из всего кошмара останется наверняка только это, — усмехнулась Ирина Леонидовна и показала пальцем за мою спину. — Сей красавец точно не имеет шансов найти нового хозяина.
Я обернулась и ойкнула. Между двумя креслами, обитыми розовым атласом с узором из геральдических лилий королевского рода Бурбонов, стояла на задних лапах фигура странного зверя. Морда у него смахивала на тигриную, но имела оранжевый окрас без полосок, туловище было темно-коричневое, в животе оказалось окно, сквозь которое виднелись разноцветные шарики размером с картофелину, задранные передние лапы явно принадлежали белому медведю, а макушку нелепого создания, ростом примерно метр семьдесят, украшала огромная треуголка, наподобие той, что носил Наполеон.
— Это торшер, — объяснил мой муж.
— Почему ты так решил? — удивилась я."
"— Мама, будь добра, подойди к монстру и дерни его за любую лапу, — попросил Иван.
Рина быстро выполнила его просьбу, и сооружение на голове невиданного зверя вспыхнуло зеленым светом.
— Ух ты! — восхитилась свекровь.
— Постучи ему по носу, — приказал сын.
После этого действия цвет треуголки стал красным. А при поглаживании правого уха зверюги загорелся белый свет.
— Откуда ты знаешь, как управлять этим монстром? — пришла в недоумение Ирина Леонидовна.
— Ты ничего не помнишь? — усмехнулся Иван. — А ведь ранее ты видела сей забавный торшерчик.
— Где? — изумилась его мать. — Когда?
— Мы с тобой поехали отдыхать на море в дом отдыха, мне тогда исполнилось десять лет, — пояснил Иван. — Нас поселили в номере люкс с громадными шкафами, которые по ночам сами по себе с отвратительным скрипом открывались. Но главной фенькой был этот монстр. Когда я его увидел, меня парализовало от восторга. Не хотелось ничего — ходить на море, обедать, пить чай, посещать достопримечательности. Какие там экскурсии, на фиг все музеи — в гостинице есть Федя!
— Ты ему имя дал? — рассмеялась я.
— Ничего не помню, — развела руками Рина.
— Я умолял маму увезти Федю в Москву, — продолжал мой Иван, — и очень расстроился, когда она сказала доверчивому и простодушному сыну, что на Феде держится потолок, его нельзя уносить.
— Интересно, это тот самый Федя? Или у него родились братья? — веселилась я.
— Не знаю, — хмыкнула Рина. — Зато понятно, что красавчика никто не заберет…
— Таня! — крикнул мне прямо в ухо голос свекрови. — Таня! Поторопись!
— Что-то случилось? — повторила я вопрос, выныривая из воспоминаний.
