Правда, справедливости ради следует добавить: Монти не чванлив, не вреден, он просто идиот.

— А пирожок готов? — заискивающе осведомился кузен.

— В печке стоит, — сурово сообщил я.

Монти выпучил и без того выпуклые глаза.

— Ванечка, у вас в квартире голландка? И где она находится? В гостиной? Надо же! Я до сих пор не заметил ее.

— Я имел в виду духовку.

— А! Понимаю! Вначале ты пошутил? Про печку?

Я кивнул:

— Да, решил слегка позабавиться.

Монти залился счастливым смехом, пошел к окну и уронил на пол заварочный чайник. Симпатичная фарфоровая безделушка беззвучно развалилась на несколько кусков.

— Ой, беда, — пригорюнился Монти, — Николетта расстроится! Ну почему я такой неловкий!

— Если сейчас уберем осколки, маменька даже не заметит, что посуды стало меньше, — пожал я плечами, — она совсем не обременяет себя хозяйством и не пересчитывает утварь.

— Правда? — обрадовался Монти.

— Конечно, — кивнул я, — достанем из шкафа другой чайник и забудем о мелком происшествии.

Блестящие глаза кузена, похожие на очи спаниеля с больной щитовидной железой, уставились на меня."

"— Ванечка, — с придыханием заявил Монти, — ты такой умный! Мне бы и в голову не пришло прятать осколки. Как хорошо, что судьба нас свела, ты мой добрый ангел. А как убрать остатки чайника?

Теперь понимаете, что я имел в виду, называя кузена идиотом?

— Руками, — начал я вводить в курс дела Котика, — замести на совок!

Продолжая говорить, я принялся озираться: ей-богу, не знаю, где у маменьки веник. Вроде имелась метла с длинной ручкой. Интересно, где она? На первый взгляд никаких метел на кухне нет, впрочем, может, Николетта полетела на ней в гости?

— Ой, Ванечка, — прошептал Монти, — смотри, что вышло!

Я обернулся и ахнул. Монти сидел на корточках около невинно убиенного чайника, держал в правой руке острый осколок, из пальцев кузена капала кровь.

— Монти, ты порезался!

— Полагаешь?

— Разве тебе не больно?

— Ну, в общем, да, — промямлил он.

— Сейчас же сунь ладонь под холодную воду, — велел я и ринулся к аптечке.

Спустя десять минут Монти, полюбовавшись на пластырь, которым я заклеил порез, с чувством произнес:

— Ванечка, около тебя я ощущаю себя совершенно никчемной личностью. Ты мой кумир, образец для подражания. Все знаешь, все умеешь, водишь машину, работаешь детективом, общаешься с самыми красивыми женщинами. А я! Сейчас бы кровью истек! Откуда ты узнал, как правильно обрабатывать жуткие раны?

Я слегка смутился от обилия комплиментов.

— Монти, у тебя крошечный порез, завтра от него и следа не останется.

— Может, все-таки сделать противостолбнячный укол? — занервничал кузен.