Взглянув на соседнее фото, увидел ее с животом, еще на одном ― с грудным ребенком, и в следующую секунду из его ослабшей руки выскользнул фотоальбом вместе с рамкой.

Он застывшим взглядом смотрел на рисунок, усыпанный осколками и только-только начинал понимать, что его нарисовала родная дочь…

Глава 38. Переболела тобой

ВиллаАнгелина"

"Геля сама не верила, что смогла сказать ему правду. Правду, от которой Кирилл, казалось, утратил дар речи.

Несколько секунд он неподвижно стоял, глядя на рисунок, словно все остальное перестало для него существовать.

Затем его зрачки переместились на фотоальбом, раскрытый на странице с фото, на котором Геля держала на руках грудную Дашу. Он долго смотрел на этот снимок, затем ― на соседний, где она была с большим животом.

Медленно провел рукой от лба до затылка, затем растер лицо, словно пытаясь прийти в себя и устремил взгляд на Гелю.

― Почему ты не сказала сразу?.. ― хрипло проговорил он. ― Прошло столько лет… И все эти годы ты скрывала от меня дочь?

― А разве она была бы тебе нужна? Разве в твоей насыщенной жизни, среди девушек на одну ночь, путешествий, светских вечеринок и ресторанов, нашлось бы место для простой секретарши и грудного ребенка?

― Мы должны были хотя бы поговорить и тогда…

― И что тогда? ― прищурилась Геля. ― Дружно решили бы избавиться от ребенка? Точно так же, как ты избавился от меня? Да ты даже слушать не стал. Обвинил во лжи и вышвырнул меня за дверь, как ненужную вещь.

― Я виноват, что не поверил тебе сразу, но ты должна была…

И в этот момент из Гелиного рта вырвался нервный смешок.

― Должна была ползать перед тобой на коленях и клясться, что беременна именно от тебя? Должна была силой затащить тебя к гинекологу, который подтвердил бы беременность? Что я была должна тебе, скажи?

Геля вымученно улыбнулась, вспомнив, как отчаянно пыталась найти слова, стоя в его кабинете и каменея от его сурового взгляда.

― Доказывать свою правоту человеку, у которого под ногами лежал весь мир, все равно, что стрелять из пушки по воробьям. Как ни крути, но исход был бы один и тот же. Даже если бы я поклялась тебе перед ликами святых, ты бы мне все равно не поверил, или сделал бы вид, что не поверил, потому что тебе ни нужна была ни я, ни ребенок.

― Может, кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?! ― послышалась раздраженная реплика режиссера, но ни Геля ни Кирилл не обратили на него внимания.

― Ты даже не представляешь, что я чувствовала, когда ты выставил меня за дверь, ― тихо проговорила Геля и ее глаза предательски зажгли слезы. ― Но я не собираюсь изливать тебе душу, потому что пришла сюда с другой целью.

Подняв голову, она обвела его презренным взглядом.

― Влюбить тебя в себя и сделать так же больно, как ты сделал мне.