- Это что у тебя? - Кет дернулась машинально, пытаясь уйти от прикосновения, но пальцы неожиданно цепко и жестко прихватили ее за подбородок, развернули к свету, - кому могла помешать такая маленькая девочка?

- Никому. Неважно. Отпустите. - Кет попыталась обхватить его запястье, оторвать от себя, но все ее усилия были тщетны.

Мужчина не сдвинул ладонь ни на сантиметр.

- Свежая. Подралась с подружками, а? - Мужчина легко, еле ощутимо погладил большим пальцем скулу, и Кет неожиданно вздрогнула, нервно сглотнув,  от этого невесомого прикосновения.

- Отпустите. - Тихо и отчего-то жалобно прошептала она.

Мужчина еще какое-то время разглядывал ее лицо, упрямо нахмуренные брови, испуганные глаза, приоткрытые губы.

Затем убрал руку и отступил на шаг назад.

Дверь лифта открылась, и Кет быстро шагнула прочь, стремясь избавиться от навязчивого внимания, но мужчина вышел за ней следом.

Кет, практически срываясь на бег, добралась до своей двери, в самом конце длинного коридора, вставила ключ и услышала, как мужчина открывает дверь в самом начале , у лифта. Сосед, значит.

Вот уж радость неожиданная.

Прикладывая к скуле примочку с бодягой, Кет потерла подбородок в том месте, где сосед касался ее. Крепко, но осторожно.

Вспомнила его взгляд, оглаживающий ее лицо, и неожиданно для себя покраснела. Странный мужчина, интересно, он женат?

Кет вздрогнула, поймав себя на этой , совершенно ненужной ей мысли.

Вот еще!

Какая ей разница, женат он или нет?

Глупости.

Кет еще раз машинально дотронулась до подбородка.

Глупости.

2

Орешникова на следующий день в колледже не было, и Кет, спокойно выдохнув, смогла нормально учиться. На переменах она, сидя в сторонке от однокурсников, пыталась найти выход из ситуации. И не находила.

Скотина Орешников, с которым у нее были нелады еще с пятого класса, после одиннадцатого пришел учиться в тот же колледж, что и она, в одну с ней группу, продолжил травлю, а на последнем курсе словно с цепи сорвался.

Непонятно, чем ему помешала тихая и спокойная Кет, но издевки и подколки стали ее спутниками с самого начала учебного года. Словно на каникулах ему основательно ударили по и без того дурной башке, и там сломались всякие границы по отношению к ней.

Если в прошлые года он ограничивался словами, то теперь перешел к действиям, вынуждая девушку защищаться.

Вчера же он вообще словно с ума сошел.

Набросился на нее прямо после звонка, когда все однокурсники ушли на занятие, прижал к стене, залез лапами под юбку, обслюнявливая пылающее от возмущения лицо.

Она, задохнувшись от омерзения, пыталась оттолкнуть чертового придурка, но два метра ростом против ее ста шестидесяти играли решающую роль.