А когда ее горячие губки касаются моей ладони, делаю вдох и наконец-то собираюсь с мыслями, чтобы, собственно, и сделать то, ради чего мы здесь.

Я подаю сигнал нашему пилоту, и нам откупоривают бутылку шампанского. Игристое разливают по бокалам, один из которых я передаю удивленной девушке.

— Ты прям все подготовил, да? — смеется она.

— Лис, — начинаю говорить я, но от ошеломленного вида любимой теряю все свое красноречие и напрочь забываю заготовленную речь. — Любимая, — приходится импровизировать, а руки трясутся нещадно. Да меня, похоже, и самого трясет. — Я должен был давно все это сказать, но тянул и ждал момента.

Хотел, чтобы ты… в общем, — сглатываю ком и выдыхаю, собираясь с мыслями. — Я тебя люблю, малышка. — запускаю ладошку в ее волосы. — Хочу предложить тебе свою руку и сердце. Лис, оно готово биться только в унисон с твоим. Я никогда бы не подумал, что смогу почувствовать все то, что чувствую сейчас, рядом с тобой. — Еле-еле выдавливаю из себя улыбку, так как волнение накрывает, и вижу ее робкую улыбку в ответ. — Я с тобой словно парю. У меня крылья за спиной вырастают, когда ты, так как сейчас, улыбаешься, — утыкаюсь лбом в ее лоб и закрываю глаза, последние слова буквально выдыхая в ее губы.  — Люблю и не смогу без тебя. Прости меня за то, что обидел и заставил сомневаться в своих чувствах.

Замолкаю и слегка отстраняюсь, ожидая ее реакции, но она улыбается, а по щеке катится слезинка, которую я тут же смахиваю. И все. Ничего не говорит. Молчит, а у меня просыпается паника, а что, если я такой самоуверенный баран все еще ее не достоин?

— Рус… — слышу неуверенное и лихорадочно ищу кольцо, что спрятал предварительно в кармане куртки.

И когда в руках наконец-то оказывается золотой обруч на ее пальчик, снова притягиваю замершую девушку с бокалом в руках к себе.

— Лис, ты согласна стать моей женой? — сжимаю ее ладошку в ожидании ответа, кажется, даже не дыша.

— Знаешь… я не буду пить шампанское, — говорит неожиданно Лиса и, загадочно улыбаясь, шмыгает носом.

— Что?

Девушка вкладывает свою ладошку в мою и укладывает ее на свой животик.

Я впадаю в ступор. Секунда, две, три…. до моего переволновавшегося мозга не сразу доходит, что сейчас происходит, но когда догадка меня осеняет, кажется, голос меня покинул.

— Лис… я правильно все понял? — притягиваю ее ближе и, как завороженный, поглаживаю еще плоские животик девушки под тонкой тканью футболки, а у самого сердце готово выпрыгнуть от такой радостной новости.

— Да, Рус, — шепчет моя девчонка. — На оба вопроса “Да”! — привстает на носочки и, помахивая пальчиками, намекает, что можно надеть колечко на ее безымянный пальчик, где уже сидит одно, с камушком, как влитое. — Я люблю вас с Ромашкой.