Давай ради разнообразия обманем эту дурацкую закономерность! – успокоил ее Эссиорх.
Улита несколько раз дернулась, однако вырваться из рук Эссиорха было практически нереально.
– А если мне это нравится? – спросила она.
– Тогда это не к стражам из Нижнего Тартара, а к психиатру. Когда человек лезет в драку только затем, чтобы схлопотать, это опасный симптом, – спокойно отвечал Эссиорх.
Услышав крик Улиты, Арей мельком глянул на шар и бросился к лестнице, однако был отброшен на метр. Едва ли не впервые за все время их знакомства Меф увидел, как мечник упал. Обычно он стоял на ногах очень крепко.
– Проклятье! Светлый, убери свою магию! – прорычал он.
Эссиорх задумчиво посмотрел на лестницу.
– Это не моя магия, – произнес он тоном странствующего философа.
– Как не твоя? Что ты несешь?
– Я не несу. Я уже все принес. Моя начинается выше. Сдается мне, нас здесь просто-напросто закупорили, – сказал хранитель.
В данный момент он был больше озабочен тем, чтобы его не укусила вырывающаяся Улита.
– Кто закупорил?
– Валькирии. Минут десять отсюда никто не выйдет! Даже я, – спокойно заметил Эссиорх.
Сообразив, что Улиту можно больше не держать, он отпустил ее.
Поняв, что они в ловушке, а вместо них там, наверху, сражаются валькирии, Арей вышел из себя. Для мечника было невыносимо осознавать, что кто-то бьется вместо него. Принимать же услугу от света для него, барона мрака, унизительно вдвойне.
Несколько минут он метался как тигр в клетке, то и дело подбегая к шару. Битва заканчивалась. Глиняшек становилось все меньше. Стражи из Тартара телепортировали первыми.
– А валькирия-одиночка хороша! Она вообще ничего не боится! – заметил Меф, наблюдая в шаре, как Ирка бросается в самую гущу боя."
"Таамаг и та вела себя осмотрительнее. Да, она сражалась как медведица и медведица яростная,
однако про защиту не забывала, и огромный ее паж со щитом постоянно находился рядом, чего нельзя было сказать об Антигоне, который пыхтел со своей булавой где-то совсем в стороне.
Остальные валькирии, включая Филомену, предпочитали издали атаковать врага копьями.
– Одно дело ничего не бояться, и совсем другое – желать погибнуть.
Он ощущал себя глубоко униженным. Еще бы, барон мрака, а вынужден отсиживаться в безопасном убежище, пока там, наверху, кто-то решает его судьбу. Его дарх пуст, а собственные магические силы ограничиваются возможностями меча и тренированного тела. И это все. Любой слабенький кинжал, заговоренный не глубже второго уровня, и он, Арей, лишившись тела, отправится в Нижний Тартар, где ему будет мало пользы от бессмертия.
