Признаться, еще больше того, что Ангелина признает мой голос, я опасался, как бы во мне, когда окажусь рядом с ней, не зашевелились остатки былых чувств к жене, не переросли бы в ненужные в данный момент эмоции. Но ничего не шевелилось, ничего ни во что не перерастало. Во всяком случае, пока. Мне была совершенно до фонаря испуганная девица, замершая рядом со мной.
– Чего молчишь-то? Расскажи что-нибудь, – попросил я.
Но ей сейчас было совсем не до рассказов.
– Что с моим мужем? – Ангелина повернулась ко мне, и я машинально отметил, что она не накрашена.
Раньше, насколько я помнил, первое, что делала моя жена поутру, так это накладывала на рожицу толстый слой всевозможной грунтовки."
"– Тебе он так нужен, этот твой муж? – Я улыбнулся, постаравшись, так же как в голос, привнести в улыбку что-нибудь новое, не свойственное Константину Разину. – А чем тебе не подхожу я? Нету такого желания – поменять муженька на меня? Обещаю, не проиграешь.
– Нету такого желания, – устало произнесла она. – Где Леонид?
– Не беспокойся. С ним все в порядке. Он поедет в машине следом за нами. А когда прибудем на место, сможешь с ним пообщаться.
– Куда прибудем? Что это за место? Там нас будет ждать Константин? Или он здесь? В другой машине?
Она меня не признала. Хотя, а чего я еще ожидал? Ведь Соломоныч в Перми постарался на славу.
– Не так много вопросов сразу, красавица. – Стоявший сзади «чероки» помигал фарами, и «Нива» тронулась с места. Я повернул ключ зажигания и отпустил сцепление. «Фольксваген» начал мягко набирать ход. – Я же не успеваю на них отвечать. Башка пухнет. Как бы не случилось горячки. Давай по порядку. Итак, первое. Куда мы едем?
– Да.
Я рассмеялся.
– Представь, сам не знаю. Вроде в какую-то деревню. Одним словом, видишь вон ту грязную синюю рухлядь? Так мне сказано не отставать от нее. Глядишь, она куда-нибудь нас приведет. Теперь вопрос номер два. Где Константин? Кажется, так?
– Так.
Я постарался изобразить удивление. И вроде бы это у меня получилось неплохо.
– Какой Константин?
– Только, пожалуйста, не делайте вид, будто не знаете.
– Не знаю, – сделал вид я.
– Мой бывший муж.
В ответ я лишь пожал плечами. И подумал: «Что будет, если сказать Ангелине, что ее бывший муж умер? Не поверит? Поверит? А если поверит, то как отнесется к такому известию? Пустит слезу? Усмехнется злорадно? Вздохнет с облегчением? Как?»
Я не знал, что сказать. И стоит ли вообще что-нибудь говорить. Неожиданно оказалось, что я совсем не готов к встрече, которую ждал с таким нетерпением. Мечтал, строил грандиозные планы, создавал в голове красочные сценарии, один грандиознее другого.
