Дурею от одного глотка, но сейчас тот случай, когда хочется поймать горячку и выбросить плохие мысли из головы.

Гордость не позволяет мне набрать номер Жерома еще раз. Ради него я ушла из дома, а он в ответ просто бросил трубку.

Пока Каин ищет бутылку вина, включаю телевизор дрожащими руками. Мне нужно отвлечься от нехороших мыслей.

По центральному каналу крутят новости. Кто-то спалил свой дом. Полыхает так, что из космоса видно. У меня мурашки по коже пробегают. Страшное адское пламя. Кровавые языки сжирают жилище, забираю все, что там есть.

Чёрный дым стоит столбом.

Вряд ли что-то уцелеет после такого пожара.

Я включаю звук, чтобы услышать, что говорит диктор.

— Сегодня взорвали дом бизнесмена Росси, проживающего с семьей. На текущий момент не удалось установить есть ли погибшие и сколько человек было в доме. Однозначно известно одно, среди белого дня в дом выстрелили несколько раз из гранатомета.

До меня не сразу доходит, что это мой дом. Что обуглившаяся в Диком пламени постройка — дом, в котором я выросла. Психологический барьер не позволяет мне осознать увиденное. Принять правду.

Каин замирает за моей спиной, удерживая в руках два бокала и бутылку вина.

Друг шокирован. Мы оба не смеем пошевелиться и не решаемся сказать и слова, продолжаем пялиться в телевизор молча, не веря ушам и глазам. Это напоминает все нехороший розыгрыш. Так же не бывает в жизни? Чтобы из гранатомёта по дому.

Дома обычных людей не взрывают среди белого дня. Мне казалось, что такие пушки бывают только в кино. Зачем кому-то убивать родителей? Это какая-то ошибка.

Беру в руки телефон и начинаю машинально по очереди набирать номера родителей. В ответ лишь гудки, никто не берет.

После этого долго ломаюсь, но все же звоню Максу, брат старше и лучше разберётся, но и у него выключен телефон."

"Каин молча садится на диван, открывая бутылку и отпивая с горла, пребывая в шоке. Друг просто следит за моими немыми попытками разобраться в ситуации.

Пытаюсь по памяти вспомнить номер телефона крестного, лучшего друга моего отца, но память и волнение меня подводят, все набираемые комбинации не подходят. Он мог бы помочь.

Кому еще модно позвонить я не знаю.

— Нужно ехать туда. — заключаю я, откладывая в сторону мобильный Каина.

Сейчас рано паниковать и впадать в истерику, нужно разобраться, что происходит. — Или в полицию, если это правда.

— Нет. — отрезает друг, преграждая мне путь. Он резко подскакивает и даже хватает меня за руку. — Ты слышала? Дом взорвали! Кто-то хотел убить твоих родителей. В любом кино показывают, что детей убивают сразу, чтобы они потом не устраивали вендетту. Ты в зоне риска, нужно обдумать все. Может быть позвонить в полицию, чтобы они укрыли тебя…

— Ты пересмотрел боевиков.