Натан устремился на подмогу, схватил своего протеже и потащил в укрытие, прежде чем лозы успели броситься за ним. Из головы парня текла кровь, Бэннон застонал, выронил меч, и тот с металлическим звоном упал на каменный пол. Натан потащил юношу в убежище, надо было осмотреть его травму.
Мия пребывала в шоке от вида ужасающих растений, и не могла двигаться быстро. Прежде, чем девушка успела уклониться, на нее бросилась усеянная колючками лоза, обмотала и стянула ее шею. Острые шипы погрузились в ее горло, пробивая плоть и кровеносные сосуды. Брызнули алые капли, когда девушка кричала и отбивалась.
Повернувшись, Натан взвыл. «Нет!» Волшебник бросился на выручку, инстинктивно выбрасывая руку в попытке вызвать заряд магии… но ничего не произошло. Даже не вспыхнуло. Он был беспомощен.
Резким движением коварная лоза сломала шею девушке, а затем отбросила ее тело к изогнутой стене.
Никки расталкивала перепуганных учеников, пробиваясь дальше, отчаявшись найти что-то достаточно могущественное, чтобы остановить это вторжение. Не обращая внимания на стоны Бэннона и вопли горя и ярости волшебника, Никки вспомнила о том, как она воздействовала на расплавленный камень в нижних хранилищах, преобразуя и двигая скалу. Теперь колдунья обратилась к структуре стен плато, изменяя форму камня, как если тот был мягким свечным воском, — чтобы создать непроницаемый занавес в проеме, сквозь который прорвались растения. Под ее воздействием преображенная скала потекла вниз и обрубила вьющиеся лозы с ветками, запечатав наружную стену плато. Камень затвердел, восстанавливая целостность скалы, отгородив вторжение смертоносной зелени. Теперь, на какое-то время, люди были в безопасности.
Рыдая, Натан рухнул на пол, притянув к себе мертвую ученицу. Кровь стекала из жестоких ран на шее Мии, пропитывая одежды волшебника красным, голова девушки безвольно упала. Старик застонал.
— Она была такой умной, такой преданной. Добрые духи, если бы не Мия, мы бы не нашли другую часть заклинания, и все наши усилия пошли прахом. Благодаря ей у нас появился шанс. — Он посмотрел на Никки покрасневшими глазами. — У нас появился шанс.
Никки оглядела потрясенных и испуганных учеников. У нее не было никаких иллюзий относительно того, насколько нелегко будет с таким ужасным неприятелем.
— Нам нужен для стрелы этот неотъемлемый яд. — Но задача казалась невозможной, и в животе тяжестью повисла тревога. Кровь сердца кого-то, кого она любила? Голос ее был холоден: — Но я никого не люблю."
"Это прозвучало сурово, но являлось правдой. Ее единственной настоящей любовью, единственным человеком, которого она когда-либо любила, был Ричард Рал. Она отдала ему свое сердце со всей страстью, которая теперь преобразилась, но не угасла.
