На их ограде на изящной подставке из белого мрамора возвышаются статуи ангелов.

Я сворачиваю с круговой дороги и объезжаю дом. Наверняка, вся его просторная территория по периметру окружена забором, но границ не видно из-за сосен. Через несколько минут я притормаживаю у крыла для персонала рядом с поддержанным пикапом и парой неприметных седанов.

Если у центрального входа, украшенного колоннами, было ослепительно ярко, как днем, то здесь горят только несколько уличных фонарей. Но даже они представляют собой произведение искусства.

Прижимая папку к груди, я выхожу из машины и слышу мужской голос:

— Мисс, стойте!

Я оборачиваюсь, наблюдая, как из тени пикапа появляется высокий силуэт.

Он движется в мою сторону, и на него падает свет от фонаря. Нахмурившись, я собираюсь усесться обратно в машину и достать из багажника шокер, потому что этот мужчина не вызывает доверия. На нем бежевый длинный плащ и объемная кепка, скрывающая половину лица.

— Мисс, не пугайтесь! Я репортер журнала «Автоспорт Бостон». Меня зовут Роберт Спейс.

— Что вам нужно?

— Вы бы не могли мне помочь? — он с опаской оглядывается по сторонам.

 — Сегодня в Бостон вернулся Десмонд, и я хотел взять у него интервью. Но меня не впустили в дом. От надежных источников мне известно, что этим вечером здесь устраивается вечеринка в честь возвращения Десмонда. Вы можете сделать с ним несколько снимков? Я заплачу сто долларов.

Мужчина говорит достаточно быстро, и мой мозг лихорадочно перебирает его слова: вечеринка — снимки — сто долларов.

— Кто такой этот ваш… Десмонд?

Услышав мой вопрос, репортер тут же меняет тон с вежливого и заискивающего на раздражающий.

— Вы здесь не работаете?

Я не собираюсь оправдываться перед ним: работаю я тут или нет.

Честно говоря, мне хочется послать репортера к черту. Но, с другой стороны, сто долларов за фотки явно не будут лишними.

— Я здесь по одному важному делу, — расплывчато отвечаю я.

Кивнув, мужчина показывает на своем телефоне того, кого мне нужно сфотографировать. Я смотрю на снимок и не могу отвести взгляд.

Этот Десмонд чертовски хорош собой."

"Ему около двадцати лет на вид, и он словно снялся в фильме в роли молодого Джеймса Бонда, который спас мир и теперь отдыхает на яхте.

На нем белая рубашка с несколькими расстегнутыми верхними пуговицами. Черные волосы немного не достают до поджарых плеч и находятся в идеальном беспорядке, если его прическу можно так назвать. На выточенном лице выразительные скулы оттенены легкой щетиной. Добавьте к этому темные брови и порочные губы…

— Сейчас Десмонд сменил прическу. Его волосы гораздо короче, — мужской басистый голос возвращает меня в реальность.

Репортер убирает телефон и вновь напряженно смотрит по сторонам.

— Ближе к делу.