— Почтенный, у меня к вам несколько вопросов, — приводя в чувство деда, произнес я, на родном ему французском, — приходите в себя, хватит уже стучаться в дверь к архангелу Гавриилу, он вас все равно не пропустит.
Как бы нехотя, Жак открыл глаза, и сразу же замычал, трудно ему разговаривать с кляпом во рту.
— Попрошу вас, не предпринимать попыток звать кого-то на помощь, а то я буду вынужден применить к вам меры физического воздействия, — пытался побудить Жака к спокойной и содержательной беседе. — Я сейчас уберу кляп, и давайте без глупостей.
— Ты кто такой? Что тебе нужно? Почему напал на старика? — сыпал вопросами Жак. — Это противозаконно, я буду жаловаться.
— Пожалуетесь позже. Ответьте мне. Зачем послали Фабьена на «Звезду Востока» с миссией уничтожения пассажиров?
О, это нужно было видеть, в глазах Жака появился жуткий страх.
— Ничего не знаю, и знакомых по имени Фабьен у меня никогда не было. Уходи из моего дома, и будем считать, что я тебя не видел.
— Вы посмели, со своей сворой бандитов, угрожать моей жене убийством в изощренной форме. Не пытайтесь отпираться, некоторые члены банды, прежде чем уйти в небытие, поведали мне о вас. Не надо тратить мое и свое время, выложите все, быстрее закончим беседу.
— Ты плохо слышал, я ничего не знаю. Чего привязался к старику?
— По-доброму, значит, не хотите ничего сказать? Тогда готовьтесь к неприятным ощущениям.
Да, аморально пытать старого человека, и очень некрасиво это выглядит, но Бог свидетель, я хотел обойтись без насилия. Было у меня некоторое сомнение, такое маленькое-маленькое, в причастности Жака к пиратскому промыслу, но я его отбросил.
Не буду описывать все методы убеждения Жака, скажу так, через полчаса беседа пошла в конструктивном ключе."
"Тихо и мирно, Жак служил в городской тюрьме Марселя до сорока лет. Затем его перевели в пригород с повышением, стал помощником начальника корпуса. Здесь Жак столкнулся с неким Гастоном, у которого за приличные деньги подрабатывал в качестве почтальона. Поддерживал связь сидельца с волей. Постепенно авторитетный преступник склонил, а вернее сказать купил благосклонность Жака, тот стал выполнять более ответственные поручения. Выйдя на свободу, Гастон, уговорил Жака оставить службу и перейти к нему на работу. Официально Жак стал механиком мастерской по ремонту мотоциклов и мотороллеров в Марселе, а неофициально, занимался накоплением и размещением денег группы Гастона. Не имея за плечами экономического образования, Жак привлек к работе неплохого финансиста, правда, конченого наркомана. За дозу финансист, имея светлую, в хорошем смысле голову, разрабатывал схемы легализации денег, полученных преступным путем.
Бывали стычки и недоразумения с другими группировками.
