Артефакторы никому не доверяют свои тайны, но Яна ничего не могла с собой поделать — Моррису она доверяла. К тому же ей действительно очень хотелось понять, что же произошло.
Она села в кровати, чтобы быть с ним на одном уровне, и выложила ему всё как на духу о том, что действовала строго по инструкциям из записей Жюля. И в частности пришлось рассказать, что Яна делала в храме, когда её там застал Моррис.
— Вам очень к лицу напильник, — не преминул он подтрунить. Но тут же сделался серьёзным. — Значит, Жюль использовал в качестве магического катализатора металлическую пыль храмовых часов?
— Да. Он считал, что они несут в себе исключительно сильный магический заряд.
— Так и есть, — задумчиво кивнул Моррис.
— Я отмерила нужное количество металлической пыли с помощью аптекарских весов. Ровно столько, сколько использовал Жюль.
— Тем не менее, артефакты получились другими. Гораздо сильнее. Значит, со времён Жюля храмовые часы тоже сильно изменились.
А вот об этом Яна не подумала. Пыль, которую она соскребла с часов, уже не та, которую соскребал Жюль. Видимо, за двадцать с небольшим лет в часах накопилось ещё больше магической энергии. Теперь для изготовления артефактов на удачу нужно использовать меньше пыли.
В следующий раз Яна это учтёт. Жаль, что первая партия булавок получилась негодной. Всё, как в народной мудрости про первый блин. И даже до конца не понятно, какими свойствами обладают испорченные артефакты. Очень сильно призывают удачу, при этом оказывают на своего владельца настолько мощное влияние, что при долгом ношении могут довести до коматозного состояния? Вполне может быть. Удача действительно была сегодня на стороне Яны. Поход в ратушу принёс много пользы. И даже то, что Моррис оказался рядом в тот момент, когда ей стало плохо, тоже можно считать крупным везением. Кстати, а что он возле лавки делал? Просто мимо проходил? Саму дурноту тоже легко объяснить. В записях Жюля упоминалось, что мощные артефакты всегда имеют побочные эффекты.
— У вас сильный артефакторский дар, — Моррис прервал её мысли. — Какими бы ни были компоненты, без дара не сделать такую вещь.
То-то же. А кто тут поначалу ухмылялся и иронизировал по поводу способностей Яны? Ей польстило, что Моррис признал в ней сильного артефактора.
— А может, дело не в артефакторском даре, а в Атайской магии?
Он замолчал и смотрел на неё пугающе пристально. У Яны даже все мысли из головы выветрились от этого странного пронзительного взгляда. Пару мгновений ничего не происходило, только нарастало напряжение. Физическое. Когда пространство искрит.
— Вы особенная, Вивьен. Или не Вивьен? — он вдруг порывисто притянул её к себе. Яна задохнулась от накативших чувств. — Скажи мне своё настоящее имя…
Глава 16.
