— Обещай, что не тронешь Ирину! — напряженно выкрикнул он ей вслед.

Она не ответила и вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. Я поспешно отпрянула от двери и вжалась в стену, пытаясь взять себя в руки. Хуже всего, что Астарт молчал, видимо, не менее пораженный услышанным, чем я. Потом в бротере раздался щелчок — связь прервалась. Пока я размышляла, смогу ли сама восстановить ее, послышался слегка насмешливый голос Зепара:

— Она ушла, можешь уже выйти.

Вздрогнув всем телом, я медленно поднялась и вышла из кабинета. На негнущихся ногах приблизилась к креслу и опустилась в него. Меня продолжало трясти.

— Ты знал, что я все слышу? — проронила я, обхватив плечи руками, чтобы унять дрожь.

Зепар улыбнулся, давая понять, что так и есть.

— Почему не сказал ей? Не остановил? Она ведь только что призналась, что виновата в смерти множества людей. В том, что случилось сегодня в «Огненной розе».

— Тронуть ее никто не посмеет, Ирина, — откликнулся Зепар. — Пока Лилит под покровительством Аббадона, любое ее преступление замнут. Даже твой Астарт ничего сделать не сможет. Но я хотел, чтобы ты все услышала. Поняла, на каком волоске висит твоя жизнь. И что если вы с этим олухом будете продолжать злить ее, ничем хорошим это не закончится.

— Астарт не олух, — уцепилась я за единственное, что не заставляло мозг взрываться сейчас.

— Если считал, что сможет скрыть вашу встречу от Лилит, его иначе не назовешь, — возразил Зепар. — Надеюсь, он сделает из всего этого правильные выводы. Поймет, что ему стоит держаться от тебя подальше… — последние слова Зепар прошипел, давая понять, что далеко не так спокоен, как хочет казаться.

Я же с горечью думала о том, что он прав. То, что Астарт тут же отключил связь, наглядно это продемонстрировало. Неужели он откажется от борьбы? Откажется от меня? На глазах невольно выступили слезы, а Зепар раздраженно сказал:

— Прекрати. Я не позволю ей причинить тебе вред, понятно? В любом случае не позволю.

— Скажи, почему ты меня полюбил? — стараясь взять себя в руки, выдохнула я.

— Поверь, я задавал себе этот вопрос не раз и не два, — вздохнул он и устало потер лоб. — И ответа не нахожу. Иногда думаю, что это мое наказание за то, что так любил играть чувствами других, — с горечью усмехнулся Зепар. — Но отрицать то, что теперь все прочее по сравнению с тобой уже не кажется важным, трудно. Но вряд ли тебе приятно слышать о моих чувствах. Ты их не разделяешь. Хотя медальон так и не сняла, что дарит надежду… — добавил он, пытливо глядя на меня.

— Я не знаю, что чувствую к тебе, — честно призналась я, прямо встречая его взгляд. — Ты должен знать, что люблю я Астарта. Думаю, ты это понял уже. Но я бы соврала, если бы сказала, что ничего к тебе не чувствую.