— Мне плевать, верите вы или нет, — процедила я.

— Уж и не знаю, чем заслужил столь сильную неприязнь с вашей стороны, — проговорил демон, слегка хмурясь.

— И вы еще спрашиваете! — едва не задохнулась я. — Бросаете такие обвинения в мой адрес!

— Обвинения? — он расхохотался. — Милочка моя, вы при демонских дворах. Здесь не считается зазорным быть чьей‑либо любовницей. Конечно, если не скатитесь уж слишком низко.

— Не называйте меня «милочкой», — рявкнула я. — Мне это не нравится. И если я с кем‑то и буду обсуждать свою личную жизнь, то уж точно не с вами.

Пофигист хищно прищурился.

— В вашей дерзости тоже есть определенный шарм, Ирина. Такая отчаянно смелая человечка, не склоняющаяся перед высшими.

— Я не считаю, что вы выше меня! — как же сильно бесил этот заносчивый лорд! Тем более после сегодняшней ссоры с Зепаром. Настроение, и так не сахар, стало совсем уж паршивым. Когда же демон неожиданно схватил мою руку, нервно сжимающую подлокотник сиденья и поднес к губам, в первое время не знала, как реагировать. Он с такой яростью поцеловал мою руку, что это больше напоминало укус. Я вскрикнула и попыталась выдернуть ладонь. Напрасно — Пофигист оказался поразительно силен.

— И все же хочу сделать вам лестное предложение, — протянул он, буравя меня горящими серебристыми глазами. — Когда архидемоны вами наиграются, готов оказать свое покровительство.

— Архидемоны? — с недоумением бросила я, удивленная множественным числом.

Пофигист провел большим пальцем по моей руке.

— Я гораздо проницательнее, чем вы думаете, Ирина. Да и не заметить особого интереса к вам лорда Астарта трудно. Или полагаете, он обо всех сотрудниках так заботится?

— Отпустите мою руку, — прошипела я, снова рванувшись.

В этот раз он отпустил и, откинувшись на спинку сиденья, стал задумчиво изучать свои ногти.

— Вы как мотылек, летящий на пламя, Ирина. Не понимаете, что связь с такими, как эти двое, ничем хорошим для вас не закончится. Так что пересмотрите приоритеты, пока не поздно. Поверьте, я достаточно богат и влиятелен, чтобы вы не ощутили себя в чем‑то ущемленной, выбрав меня.

— Вы что, всерьез считаете, что я из‑за денег… — я даже договорить не смогла, настолько перехватило дыхание от возмущения. — Да катитесь вы, лорд Финдред! И поверьте, вы последний, кого бы я рассматривала в качестве любовника!

— Что ж так? — он обратил на меня глаза, сейчас кажущиеся двумя льдинками. — Те, кто согревал мою постель до вас, были вполне довольны.

— Они вам льстили! — с сарказмом вбила последний гвоздь в крышку гроба наглая ведьмочка.

И вот теперь, судя по ярости, сменившей привычное скучающе — невозмутимое выражение лица, я обрела еще одного врага. Хотя сейчас это меньшее, что волновало.