Я не чувствую себя виноватой ни в чем из того, что она говорит, но то, что я оказалась в такой ситуации у кладбища, выносит, и мне плохо. Егор смотрит на меня, мол, будем что — то объясняться или поедем? А мне хочется уйти и не видеть, и не слышать ее.
— Егор, я ее год терпела, сейчас… не хочу слушать этот бред, а оправдываться мне не в чем, ты знаешь.
— Идем. — Он отодвигает женщину в сторону и подталкивает меня в сторону такси. Оборачивается. — Есть претензии? Подавайте в суд.
Мы обходим кипящую от злости, но молчащую тетку по дуге и садимся в такси. Прижимаюсь к Егору, меня колотит. Я ничего плохого лично ей не сделала, вещи все, что были в квартире, отправила по ее адресу. Она ни разу не звонила, не искала меня. Не понимаю.
— Как ты с ней жила целый год?
— Жила… У меня вариантов не было.
Егор успокаивает, обнимает, гладит меня по плечам и голове, я молча согласно киваю, что да, не стоит обращать внимания. Я не хочу обсуждать все это в такси, гоняю в голове то, что сейчас произошло, лицо тети, слова ее и прошлое, складываю по крупицам и вдруг понимаю, откуда могла вырасти эта злость. Наивная девочка, я даже подумать не могла…
До вылета еще много времен и мы садимся за столик в кафе. Выпиваю стакан воды и могу разговаривать.
— Мама иногда жалела ее, что она всю жизнь старой девой живет, так и не вышла замуж. Дед рассказывал, что у нее был роман в молодости, который ничем не закончился. Мужчина взял в жены другую девушку, ту, что выбрал его отец. А она осталась одна, страдала, ни с кем не встречалась. Мой отец почему — то считал важным ей помогать. Но я только сейчас поняла, что тот мужчина — отец Бахтияра! Она так на него всегда смотрела на праздниках! Она его любила, а он ее бросил. — потираю виски, голова разболелась.
Вот это страсти, оказывается, кипели рядом! Дядя Марат, наверное, чувствовал свою вину за ее судьбу, а мой отец, его друг, помогал ей материально или передавая деньги от него? Как родственнику это можно, а бывшему так открыто говорить «извини» — нельзя. И она брала, принимала эту поддержку много лет.
— Значит, твой отец проверил информацию по сыну друга. Теперь бывшего друга, судя по всему. — Егор вздыхает и берется за меню. Мы так и не поели днем, он голодный. А в меня сейчас ничего не полезет. Мысль о том, что отец поругался с со старым другом кажется нереальной, никак не укладываясь в моей голове.
— Не верю, что отец с дядей Маратом по бизнесу разошлись. Они всегда стремились идти рядом и поддерживать друг друга… — И вспоминаю строчки из письма. — Знаешь… Дед мне написал про отца… чтобы я не обижалась на него.
Егор внимательно слушает, и я решаюсь рассказать то, что сама еще не приняла и старалась сегодня не вспоминать.
