Ты правильная татарская девушка, чистая, красивая. Чего тянуть, раз уж отцы решили. Давай встретимся и обсудим всё, и даты посмотрим, их порадуем. Чем — бер тебя никто носить не заставит, хотя мой отец традиционную свадьбу ждет. Не знаю, какую ты хочешь, вот и поговорим, чтобы всех устраивало.

Чтобы всех устраивало? Отцов порадуем? Он что, серьезно? Так, собраться, нужно как — то его отговорить от всего этого. Придется встретиться.

— А ты… надолго в Москву?

— Нет, мне сразу потом в Питер на пару недель по работе нужно будет съездить. Так что понедельник единственный день, когда могу тебя увидеть.

— Ну хорошо… давай днем пообедаем.

— Я не знаю, где тебе удобнее, выбирай любое место, я забронирую столик и встречу тебя.

— Хорошо, я подумаю и напишу.

— Сохрани номер, Алсу— ханым. До встречи!

— До встречи… — отвечаю эхом и смотрю на потемневший экран телефона.

Какое — то время я просто ничего не чувствую, кажется, даже не слышу звуков вокруг. Потом делаю глубокий вздох и меня накрывает паника. Нет года, Бахтияр готов жениться и даже не переживает, что я могу быть против. Рука дрожит, когда я набираю номер Дианы.

— Привет.

— Привет, Аслуш!

— Дианка, он приехал… — и вдруг понимаю, что слезы потекли из глаз, губы дрожат, слова еле выговариваю.

— Кто приехал? Ты чего, плачешь? Алсу?

— Жених мой в Россию приехал и в понедельник будет в Москве.

— Да ладно!

— Он хочет свадьбу, готов женится, хотя не знает меня совсем, не видел несколько лет.

— Вот черт, я не думала, что все так быстро и настолько серьезно…

— Серьезно? Его отец хочет никах, чтобы мулла провел обряд.

— Звездец, Камаева…

Я плачу, губы дрожат, вытираю слезу рукой. Диана молчит. Что делать? Как с ним разговаривать, какие аргументы привести, чтобы он отказался от этой идеи. Вернее, пусть он женится, раз для него время пришло. А мне не пора, и уж точно не за Бахтияра. За кого угодно, но не за него!

— Так, Алсу, а о чем этот жених тебе говорил?

— Сказал, что я правильная татарка, чистая и красивая и вполне его устраиваю на роль жены! — Слезы новой волной подступают, комок в горле, тихо рыдаю.

— Вот как… А он… насколько настоящий мусульманин? Серьезно чтит традиции?

— Я не знаю, Диана, не знаю! Его отец Марат, скорее да, придерживается обычаев.

— А может, все же со своим отцом поговоришь? Ну правда, кто сейчас по принуждению замуж выдает? Без желания невесты.

— Ты не понимаешь, отец слово дал! Я думала, что Бахтияру этот брак тоже не нужен! Но если жених за, а я откажусь, отец… он… — Опять волна слез идет, не могу даже договорить.