Тот что-то прошипел, дернулся и тоже посмотрел почему-то на меня.

– Ты удержишь силу, – уверенно заявил Диар, не двигаясь.

– Удержиш-ш-шь, – с трудом выдохнул Шархат, и через несколько секунд, пока я смотрела в его подернутые огнем глаза, стал нормальным.

Осторожно размял плечи, выдохнул:

– Твою ж… Спасибо, Диар. Да я чуть не сорвался! Тебя хоть девчонка держит! Алекс… ты…

– Не благодари, – отозвалась я и закашлялась.

Огонь, который медленно проникал в меня, все разрастался. Наверное, тот самый упомянутый яд.

– Нужно противоядие, – тут же сориентировался Шархат и кивком показал на Наарата.

Диар разморозил его.

– Только на Ариате храню, – глумливо заявил тот.

Ответить ему никто не успел, потому что по льду Эммы поползли огненные сполохи, и преграда исчезла, а в меня полетел сгусток плазмы.

Сбил меня с ног Шархат, потому что стоял ближе. А Диар… лед все же вышел наружу, за мгновения превращая Эмму и Наарата в ледяные статуи. Сверху упала какая-то железяка, и… спасти их уже было нельзя. Свою смерть они выбрали сами.

– Ты как? Еще держишься? – поинтересовался Шархат.

Я закашлялась, села. Диар оказался рядом, поднял меня на ноги. По телу разлилась слабость, огонь обжег внутренности.

– У нее нет защиты от яда, – тихо сказал Шархат. – Мой выжигает огонь, а твой – мороз. Алекс же… бессильна.

Я с трудом улыбнулась, чувствуя, как дышать становится все тяжелее.

– Нужный вам маршрут давно выстроен. Вы справитесь.

– Ты издеваешься? – спокойно уточнил Диар, и вокруг него снова взметнулась морозная смертоносная дымка.

Я потянулась к его щеке, погладила кончиками пальцев.

Он бессилен и пока не готов принять это.

– Корабль Ара неподалеку, если Наарат и Эмма не лгали, у него может быть противоядие, – заметил Шархат.

– Свяжись. Я соглашусь на любые условия.

Ну уж нет! Я не позволю посадить его в клетку!

– Шарх, не смей! – прохрипела я, и тот дернулся и уставился на меня.

– Думаю, если он захочет жить, то сам даст нам противоядие, – усмехнулся огненный, прочитав в этот момент все мои мысли до единой.

Я закашлялась и вцепилась в плечо Диара:

– Пообещай мне, пообещай, что не станешь ни о чем его просить и заключать сделок!

Диар уцепился пальцами за мой подбородок. Ледяными. Острыми. В глазах – морозная тьма, яркая и совсем невероятная. Это даже хорошо, что я запомню его именно таким. Сильным, смелым, моим…

– Как у нас с доверием, Алекс? – тихо спросил Диар.

– Полное и безоговорочное, – ответила я, чувствуя, как сил почти не осталось, а огонь буквально пожирает меня.

Диар отпустил, сделал два шага назад. Глубокий вдох. Выдох. Он не сводил с меня глаз.

– Я могу попробовать создать ледяной кокон. Он продержится двое суток или чуть больше. Я экспериментировал на цветах, ничего не могу обещать и гарантировать.