Диар двигался ловко, смело, не оставляя врагам и шанса на победу, полностью контролируя силу. Когда ускорял движения, буквально оказывался в смертоносном снежном вихре, который сносил все на своем пути. И одно дело – слышать о подобных способностях от кого-то, и совсем иное – увидеть их в действии, почувствовать, как холод касается твоих губ, а снежинки садятся на комбинезон и тают. Диар Тарвал – действительно особенный. Не такой, как все.

Я отпустила на волю интуицию, которая тут же завопила об опасности. На миг прикрыла глаза, прислушалась и… резко обернулась. Опасность исходила вовсе не от нара Диара, его я не боялась.

Чуть прищурившись, на меня смотрел Галахард. Неужели я себя чем-то выдала?

– Можете сходить пообедать, – сказал он, никак не комментируя мою попытку считать эмоции нара Диара. – Через час у нас запланирована общая тренировка.

Выбора мне не оставили, и я выскользнула из зала, все еще чувствуя спиной его острый, пронизывающий взгляд, который не обещал ничего хорошего одной землянке.

В столовой столкнулась с Алисой и Каем, которые о чем-то весело переговаривались. Я помахала им рукой и направилась к стойкам с меню и отделу раздачи.

– Ну как тренировка? – тут же поинтересовался Кай.

– Судя по растрепанному и взмокшему виду, можешь не отвечать, – рассмеялась Алиса.

– В Звездной академии у нас подобные тоже случались, но не так часто. Все, что от меня требовалось, прокладывать путь по звездам, – ответила я, принимаясь за еду и параллельно активируя лиар. Сообщений от подруги пока не было, а запрос, оставленный на поиск сумочки, так и висел.

Алиса и Кай развлекали меня разговорами, но я больше слушала, чем что-то отвечала.

В столовой вдруг стало значительно тише, и я невольно обернулась. Нар Диар стоял возле голограммы меню, заказывая еду, и оттуда стремительно разбегались все остальные сотрудники, причем старательно делали вид, что они вовсе и не собирались обедать. Четыре пустых столика возле того места, где сел Диар, редкие косые взгляды…

Я поднялась, отправилась за десертом и… наверное, сделала самый отчаянный поступок в своей жизни, потому что решительно подошла к столику, за которым сидел Диар, и уточнила:

– Не возражаете?

Сердце бешено колотилось, ноги подкашивались. Мужчина поднял на меня глаза. У них снова поменялся цвет, который теперь напоминал голубой лед.

– Я не терплю жалости, нара Александра, – спокойно ответил он.

– А похоже на то, что я вас жалею? – уточнила я, отмечая, что в столовой стало совсем тихо, а кое-кто так вообще открыл рот от удивления, ловя каждое наше слово."

"– Очень, – глядя в мои глаза, ответил нар Диар.

Постучал пальцем по столу, и тот мгновенно покрылся льдом. Еще одно прикосновение – и по нему разбежался морозный узор.