— Милана…
— Рада… — Выдавила я и сделала шаг к нему. Должно быть, я и правда вела себя как-то… неправильно, ненормально. Но эти выстрелы… — Прости, просто всё это так… внезапно.
Подойдя вплотную, я обняла его и тут же почувствовала, как ладонь его опустилась мне на спину. По привычке вдохнула, подсознательно желая ощутить приносящий спокойствие запах. Мужской, с лёгкой примесью сандала. Вот только… Это был совсем другой запах. Слишком явный, слишком острый. Чужой запах, вызвавший у меня лишь одно желание — отстраниться. Выдохнув, я пересилила себя. Ладонь Матвея прошлась по моей спине до ягодиц и вернулась вверх.
— Теперь ты моя девочка, — прошептал Матвей, накрывая мой рот. Привкус табака на губах, его плечи — вовсе не такие крепкие, как…
— Можно подумать, Куратов не трахал тебя. — Его тёмные глаза сверкнули раздражением и злобой, а черты приятного лица на миг стали жёсткими. Куратов… Я впервые услышала фамилию Вандора. И это было так… странно. Протянув руку, Матвей коснулся пальцами мочки моего уха и как-то небрежно провёл по серёжке. Не так, чтобы мне было больно, но… — Думаешь, я не знаю, для чего существуют питомники?! Сомневаюсь, что он спрашивал твоего разрешения, когда ставил тебя раком.
От плохо скрываемой ярости, звучащей в его словах, от странного жгучего блеска его глаз я обмерла. Это он мне говорит? Значит, и правда обвиняет… Ладони взмокли, горло сжалось, а в уголках глаз защипало от накативших слёз. Этот день и так оказался слишком тяжёлым. А подобные обвинения…
— Я не понимаю, в чём ты, — шепнула я и умолкла, понимая, что ещё немного, и голос мой задрожит.
Словно опомнившись, Матвей глубоко, шумно вдохнул и взял меня за руку.
— Извини, — сказал он, сжимая мои пальцы. — Стоит мне подумать, что ты была с ним…
Я отвела взгляд. В голове мигом промелькнули мысли о вечере в ресторане, о терпком вкусе вина на губах и прикосновениях пальцев Вандора. О жаре, исходящем от его бёдер и о его мощи, что я ласкала языком… Если бы Матвей только знал, он бы…
— Ничего, — кое-как отозвалась я и попыталась высвободить руку из его ладони, однако он словно бы не заметил этого.
— Здесь мы пробудем до утра, — улыбнулся он, утягивая меня вслед за собой в спальню.
Взгляду моему тут же предстала большая, застеленная покрывалом жемчужного цвета постель, и это вызвало у меня желание передёрнуть плечами.
— Я бы хотела сходить в душ. — Я всё же освободилась от его ладони и осмотрелась по сторонам. Заметила боковую дверь.
Матвей поджал губы, и черты его лица снова стали жёсткими.
