Сиди и смиренно жди
Печатает Сашка в ответ и в конце опять ставит гневного чертика.
Кусаю губы, пытаясь не взорваться от всплеска гормонов в крови. Кошусь на часы. Я знаю расписание рейсов из Минеральных вод и Ставрополя наизусть. Это сейчас главные таблицы в моей жизни. Сегодня четверг, а значит самолет сел пятьдесят семь минут назад.
Он и правда уже почти тут. Боже…
И, словно в подтверждение моих нехитрых расчетов, в коридоре раздается характерный звук – поворот ключа. Сердце пропускает удар, болезненно толкается о ребра, а затем часто и сладко несется вскачь.
Я в каком-то ступоре застываю, сидя на кровати и гипнотизируя закрытую в спальню дверь. Слышу, как Саша шуршит верхней одеждой в коридоре, раздеваясь, буркнув что-то, снимает обувь. Затем шаги, направленные в мою сторону. И дверь резко распахивается настежь.
Перестаю дышать. Сашка.
Заполняет собой весь дверной проем. Моментально находит меня взглядом. И взгляд этот у него безбожно шальной. У меня губы дергаются в ответ в нервозной улыбке.
– Привет, Кисуль, – усмехается Сашка криво и как-то пугающе ласково, делая шаг в комнату, – Готова к наказанию за мозготрахательный вечер?
– Только попробуй, Саш! – выпаливаю, нервно хихикнув, и, наконец ожив, резво спрыгиваю с кровати в противоположную от него сторону.
Сашины глаза соскальзывают с моего лица и быстро проходятся по почти обнаженному телу – на мне только голубой ажурный комплект белья, который я надевала перед скайпом вчера вечером. У меня мурашки по коже бегут, когда темнеющий мужской взгляд замирает на пару секунд на трусиках, будто прокручивая в голове вчерашние моменты, и снова поднимается вверх.
– Смотри, специально для тебя надел, Кис, – вещает Сашка низким бархатным голосом, приподнимая толстовку и демонстративно расстегивая на джинсах…
…Коричневый кожаный ремень.
Что? Серьезно? У меня ноги слабеют. Блин…"
"– Еле нашел вчера. Раритет, – довольно хвастается Сашенька, беспечно улыбаясь.
Я вжимаюсь лопатками в стену. Из горла вылетает булькающий шокированный смешок. Задница начинает гореть от одного вида, как Сашка деловито выуживает ремень из петелек джинсов.
– Ты что? Дурной? – пищу, зачарованно наблюдая за каждым его вальяжным движением.
– Раньше вроде не был, – доверительно сообщает Саша и подмигивает мне:
– Но с тобой, Лизавета, одуреть не сложно.
Ремень со свистом вылетает из последней петельки, а из меня со свистом вылетает еще один нервный смешок. Переминаюсь с ноги на ногу, пока Сашка складывает в руке вдвое свое оружие пыток.
