Я же сойду с ума в итоге! И буду вешаться на всех мужчин подряд, хватать их и нюхать, нюхать, нюхать, пытаясь найти хоть мало-мальски похожий аромат…
— Тебе лучше поспать, Цветочек, — его пальцы поглаживают меня по плечу, будто отделяя меня от этого безумного мира, — дорога долгая. Нам есть что обсудить, но не думаю, что это будет уместно сейчас. Лучше поговорим дома.
Ура!
Мы поговорим дома. Мою агонию продляют еще на несколько часов, а Владислав Ветров почему-то проявляет несвойственное ему милосердие.
Мне кажется, что я не усну. Меня почти тошнит от пережитых эмоций и их послевкусия, я того и гляди отравлюсь собственным страхом и ощущением надвигающегося конца.
У меня не остается выбора вывезти все это без сна, меня вырубает мгновенно и эффективно, будто обухом кто по голове приложил.
Сон темный, тяжелый, душный, и я во сне хватаюсь за колени мужа, и монстры, тянущие ко мне свои липкие руки, отступают. Пятятся обратно в свою темноту.
Просыпаюсь через несколько часов… Там же.
Мужа…
Паника накатывает на меня внезапно — в салоне темно, и мне мерещится, что Влад не дышит. Хуже кошмара просто быть не может. Я подскакиваю и жесткая ладонь меня тут же ловит и прижимает обратно.
— Спи… — сипло приказывает мне Влад, — я отпустил водителя, чтобы тебя не будить. Сейчас четыре утра. Слишком рано, чтоб просыпаться.
— Но ты… Тебе неудобно! И твоя рана…
— Спи!
Тон такой, что очевидно, что спорить с ним сейчас абсолютно бесполезно, так что я все-таки закрываю глаза и снова проваливаюсь в сон.
Второй раз просыпаюсь уже в постели. Жалюзи чуть-чуть приподняты, чтоб в комнате было светло, и сразу становится очевидно — времени никак не меньше полудня. А то и больше. Боже. Ну, я и спать…
Выходить — страшно.
Пока я здесь — меня не казнят, не изгонят, не сдерут с меня кожу, ткнув в лицо моей грязной правдой.
И момент явления пред очи мужа я оттягиваю как могу. Сначала в душе пытаюсь скрести с себя кожу — мне все кажется, что на ней остались липкие следы пальцев Муратова.
Долго вожусь с выбором одежды.
Но в конце концов…
Отходные маневры заканчиваются. Мне приходится выйти наружу и… Почти сразу услышать звучную матершину, льющуюся рекой изо рта Владислава Ветрова.
Я иду на звук — и выбредаю в гостиную. Влад в распахнутом на груди халате и пижамных штанах лежит на диване, и над ним склонился высокий, бритый под ноль мужик.
