Моё (не)счастье

Гнида! Ты ответишь мне за все.

Черт побери, как много хотелось сказать Тасе. А ее голос, полный боли, до сих пор стоит в ушах.  Каждый мужчина обязан защищать свою женщину. Я – не смог. Но в моих силах все исправить.

- Денис!!! – заорал на весь дом. Мой помощник тут же появился в дверях.

- Да?

- Звони в банк. Мне срочно нужна крупная сумма наличными.

- Насколько крупная? – уточнил он.

- Тридцать миллионов.

- Но….

- Ты не слышал? – рявкнул, и мужчина вздрогнул.

- Сделаю, Роман Юрьевич, - не стал задавать лишних вопрос. За это я его и ценю.

- У тебя час.

Максимум полтора, - отдал приказ, и опустился в кресло. Павел, прекрасно видя мое состояние, тоже покинул кабинет. Плевать. Пусть все уходят. Мне нужна только моя Белоснежка. Если с ее головы упадет хоть волосок….В прочем, за уже причиненную боль, и физическую, и душевную, эта тварь ответит.  Можно конечно просто убить его, но это слишком просто. Эта ошибка природы будет страдать. Не задумываясь, набрал номер старого знакомого, начальника тюрьмы, для особо опасных заключенных….

Глава 37

Тася.

- Какой же ты мерзкий! – не сдержалась я.

Теперь, видя Алексея без прикрас, не понимала, как он мог столько лет притворяться.

- Ой, вот только не надо включать праведницу, - поморщился парень. Пистолетом он размахивал, как простой игрушкой, а у меня каждый раз все замирало внутри. Еще и живот начало тянуть. Началось? Но еще же рано! Меня охватила паника.

- Мне плохо, - пробормотала я, опираясь на стену.

- Эй, ты чего? Не вздумай кони тут мне двинуть! – в глазах промелькнула досада, - Лена! – крикнул он, и в подвал вошла незнакомая мне девушка, - Тащи нашатырь, кажется, ей хреново.

Очень точное описание моего состояния! Тем временем девица принесла ватку и сунула мне под нос.

- Убери! – отвернулась."

"- Тогда не ной, что тебе плохо, - фыркнул мой бывший. Сволочь! Пытаясь правильно дышать, я вроде как успокоилась. Сынок в животе, явно чувствовал, что что-то не так. Он начал бушевать.

- Тихо маленький, скоро твой папа нас спасет, - шептала я. Хотелось погладить живот, как-то успокоить малыша. Не даром говорят – дети в утробе матери все чувствуют.

- Что ты там бормочешь себе под нос? – поинтересовался Алексей.

- Отвали!

- Ууу, какие мы грозные, - на его лице появилась ухмылка.

- Скажи, ты  правда думал, что я к тебе вернусь после всего?

- Конечно! – самоуверенно ответил парень, - Милая Тася, ты всегда была моей. До сих пор не верю, что ты могла втрескаться в Литвинова, - сплюнул. Ага, его самолюбие явно было задето. Его просто бесил тот факт, что чувств к нему больше не осталось. Конечно, я столько лет боготворила, ждала, как верная собачка. Верила, в конце концов.