Женщина, как догадался, спросила, не хочу ли есть?

Я отрицательно помотал головой и произнес:

— Аква (лат: вода).

Она налила в деревянную чашку что-то из стоявшего на краю очага горшка, дала мне. Я взял чашку двумя руками, но она так тряслась в моих руках, что стучала по губам и зубам. Женщина забрала чашку и стала поить меня. Напиток был горячий и горьковатый. Я чувствовал, как после каждого глотка внутри меня прокатывался огненный комок, который взрывался в желудке и быстро охлаждался. Допив, кивком поблагодарил женщину. Она кивнула в ответ и отошла к очагу. Что там делала — не знаю, потому что накрылся с головой, чтобы согреться.

Наверное, ужинала с семьей. Мне было не до них и не до еды. Продолжал колотился от холода.

Я было подумал, что поправляют мои одеяла, однако оказалось, что рядом со мной легла старшая дочь. В доме было уже темно: дырку в стене заткнули, а очаг погас, поэтому не столько увидел, сколько почувствовал, что это именно она. Абсолютно голая. Я знал, что лучшее средство от переохлаждения — лечь в постель с представителем противоположного пола. Видимо, знала и девушка. Я обнял ее и прижал к себе.

Трястись не перестал, но все равно приятно было чувствовать прикосновения ее упругих грудок, живота, бедер. Я поглаживал девушку по спине. Кожа шелковистая, гладенькая. Мои пальцы еле касались ее, выискивая эрогенные зоны, при поглаживании которых девушка расслаблялась. От нее исходили волны чувственности и наслаждения. Я переместил руку на низ ее живота. Лобок не бритый. Густые волосы были мягкими. Значит, характер добрый. Она покорно раздвинула ноги. Сжала их только тогда, когда слишком сильно надавил на клитор. Я стал действовать нежнее, и она опять раздвинула ноги и принялась легонько царапать мое плечо. Благо в эту эпоху маникюр был не в моде. Девушка задышала чаще и глубже. Я вдруг понял, что больше не трясусь. Мало того — что готов углубить отношения. Совесть моя была спокойна, потому что решил увезти девушку в Византию. Надеюсь, она уживется с Аленой.

Валлийка даже не пыталась изобразить сопротивление. Она хотела этого больше меня, что не вязалось с полным отсутствием сексуального опыта. Вначале тихонько пискнула, потом лежала тихо, наверное, пыталась определиться с эмоциями, а в конце начала входить во вкус, но не успела попасть в рай.

Что не помешало ей благодарно прижаться ко мне, нежно целуя в волосатую грудь.

Мне было уже не холодно, а очень даже наоборот. Я освободился из рук девушки, подошел к двери. Она была не заперта. Ветер стих, и на небе появились звезды. Они были не такие яркие, как над Крымом. Я отошел к постройке, которую принял за хлев, и начал расставаться с морской водой, которой нахлебался вволю, и с горьковатым напитком, который так и не согрел меня. Отливал долго.