Люк по-прежнему лежал на кровати, подперев голову рукой, и выглядел хоть и рассерженным, но ужасно привлекательным. Он был — само совершенство. Неудивительно, что для нее не существовало других мужчин. И, скорее всего, никогда не будет. При этой мысли Скай замерла. А ведь она может заполучить его — нужно всего лишь ответить «да» на его предложение.
Но сможет ли она жить с ним — с его семьей — и быть счастливой? Разве сможет она доверять кому-нибудь из них, помня, как они поступили с ней в прошлом?
Она должна закончить все это — выпроводить его из своей постели и из своего дома. Нельзя больше позволять ему разжигать в ней запретные желания, что он делает с такой легкостью. Флер недавней близости все еще витал в темной комнате, и Скай поспешила включить свет, убеждая себя, что при ярком свете она сможет мыслить более трезво, более решительно.
Но это не помогло. При свете обнаженный Люк выглядел еще более мужественным и привлекательным, живо напоминая ей, каково это — ощущать каждую клеточку этого тела, прижатого к ее собственному обнаженному телу. В его глазах снова полыхало желание, воспламеняя ее кожу, заставляя инстинктивно поджиматься пальцы босых ног, грудь наливаться тяжестью, а соски напрягаться.
Испугавшись силы его воздействия на нее, Скай скрестила руки на груди и перешла в наступление.
— Не думай, что секс с тобой имеет для меня значение, Люк.
— Ты не убедишь меня в том, что занимаешься сексом ради секса неважно с кем, Скай. — Его губы искривила ироничная усмешка. — Однажды я уже поверил в это, и это стало самой большой ошибкой в моей жизни. Но никто не заставит меня повторить ее во второй раз.
— Это другое, — пылко возразила Скай.
— Разве? — насмешливо спросил Люк. Скай лихорадочно искала достойный ответ.
— Беременность вряд ли делает женщину желанной для других мужчин, а маленький ребенок отнимает все твое время, не говоря уже об уходе за смертельно больной матерью. Добавь сюда еще попытки выжить и организовать свой, пусть и маленький, бизнес, будучи матерью-одиночкой. У меня никого не было с тех пор, как шесть лет назад ты выбросил меня из своей жизни, и сейчас ты застал меня в минуту слабости. Вот что это было, Люк.
— Потому что это был я, — с надменной самоуверенностью возразил Люк.
Скай смотрела на него, не в силах отрицать правду, которая была слишком очевидна. Воспользовавшись ее заминкой, Люк протянул руку в приглашающем жесте.
— Иди ко мне. Позволь показать тебе…
— Нет! — Физическое наслаждение, которое он — она не сомневалась в этом — даст ей, не должно замутить ее здравого рассудка. — Я хочу, чтобы ты оделся и ушел, Люк.
— Позволь мне удовлетворить твои потребности, Скай, — искушающе произнес Люк.
— Ты не сможешь удовлетворить все, — возразила Скай.
