Я справлюсь с этим.
— Послушай… — Глаза Роберто взывали к терпению.
Невыносимо было видеть, каких усилий стоило брату каждое слово.
— Скай… была беременна.
— Что? — Люк почувствовал головокружение. Он никогда не думал о такой возможности, ведь она принимала таблетки. Но уверенность в глазах брата заставила Люка спросить:
— Откуда ты знаешь?
— Ее отчим… приходил к отцу… с доказательствами.
— А почему не ко мне?
— Он приходил… за деньгами.
— Он их получил?
— Да. Я не знаю… родила ли Скай… но вполне может быть, что у тебя где-то есть ребенок, Люк. — От боли глаза Роберто наполнились слезами.
— Не сдавайся, Роберто! — приказал Люк. — Не смей сдаваться! Ты же мой брат, черт побери, и мне неважно, что ты сделал или не сделал.
На губах Роберто промелькнула слабая улыбка.
— Мне нравилось… когда мы были детьми… Ты всегда был лидером, Люк.
— Мы тогда здорово веселились вместе, — хрипло ответил Люк.
— Прости… за то, что потом… веселье ушло…
— Оно еще может вернуться, Роберто, — пообещал Люк, услышав обреченность в голосе брата.
В ответ Роберто снова слабо улыбнулся.
В этот момент в палату вошли санитары, чтобы отвезти Роберто в операционную. Люк смотрел вслед удаляющейся каталке и не мог произнести ни слова, хотя хотел сказать еще так много. Последние слова произнес Роберто:
— Найди… Скай.
Глава 2
Скай нравилась эта прогулка, когда она забирала своего пятилетнего сына из школы, и они вместе шли пешком домой.
— А о чем была история, которую ты прочел? — спросила Скай.
— О кролике. Его звали Джек и…
Скай улыбалась, пока он в подробностях пересказывал ей историю кролика Джека. Мэтт был очень умным и смышленым для своих лет. Прошел уже месяц, как он поступил в школу, — никаких слез, никаких жалоб на то, что ему приходится на целый день расставаться с мамой.
Скай подумала о том, как тяжело быть одинокой матерью, когда некому дать тебе совет или просто выслушать. Впрочем, пока Мэтт воспринимал их ситуацию спокойно, лишь изредка докучая ей, когда она слишком долго была занята с клиентами.
