Для него это вопрос чести.
— Он любит меня. И Мэтта, — горячо возразила Скай. Ей не понравилось замечание о том, что Люком движет не любовь, а понятие чести. Она знала, что это не так. Хотела верить.
— Вы его любите?
— Да, люблю. Он — единственный мужчина, которого я когда-либо любила. И буду любить. И я не стану слушать вас, если вы начнете уговаривать меня не выходить за него замуж, используя… неважно какие аргументы, неважно, что вы станете мне предлагать, поэтому ваш визит — напрасная трата времени, и моего, и вашего, миссис Перетти.
Яростный эмоциональный отпор Скай, похоже, не произвел на мать Люка никакого впечатления. Молча выслушав, она задала вопрос:
— Когда состоится свадьба?
— Скоро. — Осторожность побудила Скай не называть точной даты.
— До Рождества?
— Это вас не касается, миссис Перетти.
— Мой сын женится, и это меня не касается? — Флавия почти выкрикнула эти слова, не справившись с собой.
— Вас никогда не волновало, чего хочет Люк. Вам было важно только то, чего хотите вы.
— Я — мать Лючиано. Вы сами… имея сына… Он остался у меня один.
Невероятно, но все высокомерие Флавии Перетти куда-то исчезло, ее глаза наполнились слезами. И Скай не могла не почувствовать жалости к ней: посреди улицы плакала просто пожилая, измученная женщина. Невозможно было оставить ее вот так посреди улицы.
— Пройдемте в дом, миссис Перетти, — мягко предложила Скай, беря ее под руку и уводя с тротуара.
Скай больше не чувствовала, что перед ней враг.
Пока не рассказала о произошедшем Люку.
Глава 14
Люк позвонил в семь часов, как раз перед тем, как Мэтт должен был лечь спать.
— Папа, ты не представляешь, что случилось? — первым делом восторженно завопил в трубку Мэтт. — Сегодня я познакомился с твоей мамой. Она сказала, что она моя бабушка, и попросила называть ее Нонна. Это значит бабушка, только по-итальянски!
Мэтт подробно описывал черный лимузин, и шофера, и Флавию Перетти, а Скай все сильнее переживала, не зная, как отреагирует Люк на эту новость. Но и остановить сына было сейчас нельзя — это породило бы множество вопросов, ответы на которые были недоступны пониманию маленького мальчика.
Судя по тому, что голос мальчика оставался счастливым и восторженным, Люк задавал вопросы очень осторожно, тем не менее, Скай испытала облегчение, когда Мэтт попрощался с отцом и передал трубку ей.
— Иди и ложись в постель, — скомандовала Скай. — Можешь почитать до моего прихода. Хорошо?
— Хорошо, мама. — Он бросил на нее гордый взгляд. — Нонна удивилась, что я так хорошо читаю, правда?
Скай улыбнулась сыну.
— Да. А теперь в постель.
Она пронаблюдала, как он выходит из кухни, и только тогда поднесла трубку к уху.
— Скай? — В голосе Люка слышалась тревога.
— Я здесь. Просто ждала, когда Мэтт уйдет.
