Все мамкины предостережения насчёт кражи у людей вылетели из головы. Фыся хотела жрать, и это жрать было где-то там впереди. Сплюнув мохнатое бабочкино крыло, Фыся порысила по обочине.
Дорога внезапно круто вильнула: ровная степь здесь обрывалась крутым спуском к реке, и все склоны этого спуска мигали огоньками человеческих жилищ. Фыся никогда не видела человеческого поселения, и ей следовало бы испугаться, но манящий запах еды отбивал такие глупые мысли. Оставив дорогу, которая где-то там петляла по более пологому склону, Фыся чуть не кубарем скатилась в долину, ведомая нестерпимо прекрасным запахом. Как только окрестные коты терпят? Жрут небось вволю, горелым брезгуют!
Наконец источник прекрасного предстал перед Фысей: большое человеческое жилище с площадкой под яркими светилами, накрытой тонкой тряпкой. Там сидели и переговаривались спокойные сытые люди. А в глубине, под более плотным навесом большой человек крутил над огнём тушу барана. Фыся с трудом сглотнула слюну и поднырнула под полог.
Сначала её даже не заметили. Люди были заняты друг другом и едой в своих руках, так что Фыся успела проскользнуть вдоль края площадки до самого навеса, прежде чем кто-то подал сигнал об опасности.
— Демон!!!
Люди повскакивали со своих мест, озираясь и не понимая, куда бежать и откуда. Фыся прижалась к полу, но её уже все видели, конечно, видели. Какая же она тупая, надо было в окно залезть или ещё как, но не сквозь толпу людей! Тут же все мамкины рассказы про непутёвых молодых кошек, чьи шкуры украшают людские дома, разом всплыли в памяти. А вон та штука, наверное, ружьё. Фыся никогда их не видела, но по описанию…
— Эй, братец, нельзя же, — окликнул человека с ружьём другой, поменьше и потолще.
— Да⁈ А в дом ко мне эта тварь залезет, и там будет нельзя⁈ Она тебя порвёт и не почешется!
— Но это не твой дом, — рыкнул здоровенный бугай в чёрной коже. — В законе ясно сказано: на территории предприятий общественного питания хозяева леса имеют право находиться.
— Ишь законник выискался! — нервно крикнул кто-то. Люди начали ругаться.
Дурная с голодухи Фыся решила, что это знак свыше: пока они ругаются, может, она всё-таки успеет до барана?
Хозяин ружья что-то сделал, но здоровенный в коже ухватил его за руку и отвёл оружие носом вверх.
— Учти, выстрелишь — я против тебя показания дам.
— Так мне ждать, пока тварь на меня бросится⁈
— Боишься, так вали отсюда!
— Кто это тут боится⁈ Да я этих демонов десяток перестрелял!
— Ну и дурень, смотри, изгонят ещё!
— Больной, что ли, при демоне так похваляться⁈
Фыся очень медленно переместила вес на переднюю лапу. До барана оставалось два прыжка, но она боялась двигаться резко.
