И горе человеку, оказавшемуся в грозу посреди бескрайних равнин, не говоря уж о всаднике, нашпигованном металлом. Все силы неба ополчаются против него.

Вскоре я окончательно убедился, что передо мной тент фургона. Рядом с ним стояла женщина. Она находилась в миле или больше, но я точно разглядел, что это именно женщина. Меня насторожило то, что она была одна, и поблизости — ни лошадей, ни мулов, ни волов. Люди, застрявшие на равнинах, готовы на все ради коня, а мой выглядел завидно. Поэтому я не сразу направился к фургону, а решил объехать его стороной.

Женщина помахала мне, но я лишь помахал ей в ответ и продолжал двигаться по кругу, не отрывая от нее глаз и не снимая пальца со спускового крючка винтовки.

Время от времени поглядывал на землю в надежде увидеть следы фургона, лошадей либо волов, которые его сюда приволокли. И, конечно, нашел.

Лошади… Шесть лошадей, достаточно крупных для упряжки, и две верховых. Их вел пеший мужчина.

Покружив еще немного, наткнулся на глубокую колею, оставленную в мягкой земле фургоном. Значит, фургон нагружен и груз тяжелый.

В эту секунду тот, кто спрятался в засаде, сделал ошибку и шевельнулся.

Человека, затаившегося на земле, увидеть трудно, особенно если его одежда сливается с местностью, но движение сразу привлекает внимание. Собираясь снести мне голову и забрать лошадь, он устроился в выбоине выходящей наружу каменистой породы.

Я остановился ярдах в трехстах с лишним и повернул свой винчестер в сторону прятавшегося, затем продолжил объезд фургона. Чтобы не упустить меня из вида, он вынужден был крутиться на месте. К тому времени, как я сделал полный круг, мой противник понял, что его перехитрили, и бросил свою затею.

"

"Парень оказался достаточно сообразительным, чтобы не рисковать. Видимо, понимал, что стрелять надо наверняка, однако я кружил на большом расстоянии и не приближался. Если бы он все-таки решился, то скорее всего не попал бы, а даже если бы и попал, то я все равно мог ускакать, либо конь испугался бы и убежал. Поскольку я двигался против часовой стрелки, мой винчестер к тому же постоянно смотрел в его сторону.

Он что-то сказал женщине, потом поднялся с пустыми руками. Я направил к ним коня. У мужчины наверняка был револьвер, мне не понравилось и то, как одна рука женщины скользнула в складки юбки.

Любой из них или сразу оба могли внезапно выстрелить. Похоже, мне пришлось растревожить гадючье гнездо.

В пятидесяти ярдах я снова остановился и оглядел их. Винтовка в правой руке была как револьвер, из такого положения я стрелял хорошо.

— Бросьте револьвер, — сказал я мужчине, — и прикажите своей девушке сделать то же, иначе — стреляю.

— Будете стрелять в женщину?

— Мы на равных. У нее в руках оружие.