Я помотал головой, выгоняя остатки сна, высыпал на ладонь из флакона две таблетки (нужно одну, но где одна, там и две), проглотил их, запив водой из пластиковой бутылки. И только после этого потянулся к телефону.

– Это Никита? – осторожно осведомился Вадим Кривицкий, мой добрый однокашник, замещающий начальника уголовного розыска Центрального ОВД.

– А кого хотел-то? – проворчал я. Вадим усмехнулся.

– Но это не твой голос…

– Прекрати издеваться, – разозлился я. – Ты всегда узнаешь мой голос, даже с лютого бодуна. А сегодня, кстати, не он…

– Ой ли? – Мой старинный приятель продолжал веселиться.

 – А кого вчера патруль принуждал к миру на углу улиц Крылова и Каменской? Там есть кафе с таким банальным названием… – абонент задумался. – С пургой связано…

– «Ветрянка», – подсказал я.

– Да, точно, «Метелица», – вспомнил Кривицкий. – Пересказ песни: «А у кафе «Метелица» пять мужиков метелятся…»

– Я уложил четверых? – испугался я, машинально ощупывая лицо.

– Нет, только двоих, – успокоил Вадим, – Посетитель, не будем называть его имени, вышел из кафе, случайно задел мирно курящего гражданина, у которого, как выяснилось позднее, за плечами две отсидки и товарищи рядом…

– Разрушения были? – Я сглотнул.

– А ты не помнишь?

– Помню, – смутился я. – Просто уточняю.

– Разрушения минимальные, и мирно курящие граждане, как свидетельствуют очевидцы, получили по заслугам. Патруль проверил твои документы, старший наряда позвонил мне, поскольку фамилия задержанного показалась ему знакомой. Тебя отпустили, сделав строгое внушение: нельзя так сильно бить блатных людей, поскольку этим ты отбираешь хлеб у работников правоохранительной системы.

– И меня отпустили? – не поверил я.

"

"– А что ты хочешь, это страна возможностей, – хохотнул Кривицкий. – Здесь возможно всё. Но отчаянно рекомендую, Никита, в следующий раз держи себя в руках. Твои таланты еще понадобятся нашим сотрудникам и мне лично. Надеюсь, у тебя была железная причина напиться в хлам?

Я невольно задумался. Причина была, но мир не пошатнулся, и я не чувствовал себя глубоко несчастным. Так – слегка уязвленным. Марина, с которой я встречался последние полгода, сообщила, пряча глаза, что она долго думала и поняла, что я не герой ее романа.

Она выходит замуж – за престарелого владельца сети бургерных и шашлычных, к которому у нее вспыхнуло чувство. «Прости, Никита, ты хороший человек, но я нашла себя, – вздыхала Марина. – Все женщины хотят стать женами богатых мужчин». «Дорогая, не обманывай себя, – нашелся я. – Во-первых, не говори за всех, во-вторых, эти дамы хотят стать ВДОВАМИ богатых мужчин. Прощай, моя любовь, я уже скучаю». На этой минорной ноте Марина поспешила покинуть сомнительное заведение, а я остался и, видимо, напился.