У моей мамы не было такого живота, когда я видел её в последний раз.

В нём осела боль. Он ещё такой маленький, но уже столкнулся с огромной утратой. Невозможно не заметить как сложно ему даётся говорить о маме.

Знаю, мне не следует затрагивать болезненные темы, не следует пользоваться доверчивостью ребёнка в своих корыстных целях, но никак иначе я не могу.

Если последует нездоровая реакция, то мы вернёмся к Гарри Поттеру.

— Твою маму зовут Мерьям? — спрашиваю я, боясь проронить неосторожное слово и расстроить тем самым мальчика.

Он кивает, продолжая болтать своими ножками.

— Да, я соскучился по ней. Скорей бы она уже приехала. Я так устал уже её ждать, — сердито он проговаривает.

Он сердится на неё, думая, что она его бросила...

— Расскажи мне о своей маме.

Уголки его губ медленно ползут вверх. Замечаю за собой, что сама расплываюсь в улыбке при виде того, как он ударяется в приятные воспоминания, связанные с ней.

— Она очень красивая и добрая, — вдохновенное отвечает, а затем осматривает меня с ног до головы. — Если бы не твой огромный живот, ты была бы похожа на неё.

Кладу ладонь на живот, проклиная на чём свет стоит наше сходство с Мерьям.

Если бы не наше сходство, то не было бы меня сейчас здесь, а значит у меня не было бы и ребёнка.

Беременность — это лучшее, что могло произойти со мной. Несмотря на все трудности, с которыми мне пришлось столкнуться, несмотря на всю боль, которая прошла через меня, я бесконечно счастлива, что мне представилась возможность стать матерью.

— А у твоей мамы на руках есть какие-нибудь шрамы? Вот здесь, — я обвожу пальцем своё запястье.

— Нет, у моей мамы нет никаких шрамов, — отвечает Арслан, нисколько не задумываясь. — Только родимое пятно на колене. Огромное! Дедушка говорит, что это счастливое пятно — метка Аллаха. Как думаешь, это правда?

Ох, что-то я сомневаюсь. Никакие счастливые пятна не смогли уберечь жизнь девушки, в ком сейчас нуждается этот очаровательный малыш.

Судьба распорядилась иначе. Она отняла у неё жизнь...

Но помнится мне, Мерьям сама отказалась от своего сына. Она выбрала Эмира. Так или иначе Арслан лишился бы своей матери.

— Думаю, твой дедушка прав, — мой голос надламывается из-за подступивших слёз.

Я вдруг поняла, что сама могу оказаться на месте Мерьям.

Не знаю, что со мной будет, если однажды я так же как и Мерьям окажусь перед выбором. Я не могу утверждать, что сделаю правильный выбор между свободой и возможностью стать любящей матерью. Мерьям пожертвовала материнским счастьем. Она поддалась соблазну, выбрав свободу. Я не осмеливаюсь осуждать её за это, потому что не только во внешности мы схожи, но и в убеждениях.

— А ты теперь будешь жить с нами? — Арслан вырывает меня из недобрых мыслей, я натягиваю на лицо улыбку.

— Да, наверное.